понедельник, 3 июля 2017 г.

СЕРОТОНИНОВЫЕ ОТКРОВЕНИЯ II ...

 

Diet Versus Exercise in Weight Loss and Maintenance: Focus on Tryptophan.
Strasser B, Fuchs D.
Int J Tryptophan Res. 2016 May 10;9:9-16. doi: 10.4137/IJTR.S33385. eCollection 2016.


Эпидемия ожирения, с которой мы сталкиваемся в наши дни, может быть следствием различных причин, таких как увеличение общей доступности высокоэнергетических продуктов, малоподвижный образ жизни, снижение повседневной физической активности (перемещение от дома к месту работы или месту учебы на транспортных средствах облегчающих физическое передвижение). В теории, меньшее потребление пищи в совокупности с повышением физической активности, должно помогать противодействовать этому процессу. Тем не менее, помимо этого, ожирение часто ассоциируется с нарушением настроения, что в свою очередь тесно связано с невозможностью терять вес или предотвратить его рост. На этом фоне, у людей с избыточной массой тела наблюдается тяга к углеводам, и комбинированной пищи, состоящей из углеводов и жиров. Нарушенный метаболизм триптофана у людей с избыточной массой тела, может повлиять на биосинтез серотонина и тем самым может повысить восприимчивость к перепадам настроения и тяге к углеводам, увеличивая вероятность диетических неудач при снижении веса.

Ожирение вызвано нарушением баланса между потреблением пищи и расходом энергии. Хронически положительный энергетический баланс, вызывает рост жировой ткани и ряда макрофагов. Увеличенные адипоциты и активированные макрофаги производят белки и липиды, известные как адипокины, которые влияют на воспалительный процесс в жировой ткани, а также на общий углеводный и липидный обмен. Более того, повышенная активность индоламин-2,3-диоксигеназы-1 (IDO1; активируется во время иммунной реакции, чтобы ограничить доступность триптофана для инфицированных вирусом или раковых клеток), ускоряет образование кинуренина (β-(ο-аминобензол)-α-аминопропионовая кислота, промежуточный продукт ферментативного распада триптофана и биосинтеза никотиновой кислоты в организме человека) и ограничивает доступность триптофана, что в итоге может быть ключевым компонентом в инициации ожирения.

Физические упражнения, также могут быть полезны в стабилизации настроения и предотвращении неконтролируемого увеличения веса (так, умеренные физические упражнения усиливают выработку нейромедиаторов, таких как серотонин, норадреналин, адреналин и дофамин, что способствует улучшению настроения).

Хотя, по всей видимости, указанное благотворное влияние на общее самочувствие и стабилизацию уровней триптофана и серотонина, оказывает именно умеренная спортивная физическая активность (т.е. такая, которая выполняется с интервалом в два-три дня). А интенсивные/ тяжелые и частые тренировки, весьма негативно влияют как на настроение, так и на функции иммунной системы.

Более того, при чрезмерных физических нагрузках, повышается активность противоспалительных цитокинов, избыток которых вызывает дефицит триптофана (через ускоренный распад тетрагидробиоптерина (BH4) повышенными уровнями активных форм кислорода (ROS)), что опять же может способствовать усугублению в развитии психоневрологических симптомов, таких как усталость и подавленное настроение. Таким образом, необходим баланс между диетическими привычками и оптимальной дозой физической активности.

Другие факторы, такие как психологический стресс, недостаток сна, и дефицит калорий может увеличить риск инфекционных заболеваний, т.к. происходит подавление иммунитета. Эта взаимосвязь становится особенно актуальной, когда спортивная деятельность сопряжена с сокращением употребляемых калорий, как части программы по снижению веса. Уровни триптофана (незаменимая аминокислота) в плазме крови, снижаются достаточно быстро, практически на первых этапах низкокалорийной, что в свою очередь ведет к резкому снижению уровней фенилаланина. Уровень триптофана будет продолжать снижаться и дальше, особенно когда низкокалорийная диета будет сопряжена с интенсивной физической нагрузкой, что в конечном итоге приводит к деградации уровней триптофана в организме. Все это, может приводить к дефициту незаменимых аминокислот, которые, в силу их значимости для биосинтеза нейротрансмиттеров, могут повлиять на следование выбранной программе по снижению веса. Чтобы избежать этих негативных эффектов в указанные периоды, можно было бы рассмотреть добавки с триптофаном или 5-hydroxytryptophan (5-HTP), чтобы может позволить оказать позитивное влияние на соблюдение программы потери веса. Было установлено, что прием добавок с триптофаном в процессе низкокалорийной диеты, может быть полезным для улучшения настроения и предотвращения неконтролируемого увеличения веса, или негативных психоневрологических симптомов. Тем не менее, у здоровых людей, такое позитивное влияние, оказывают только высокие дозы триптофана в виде пищевых добавок. В то время как людям из «группы риска» (т.е. более подверженным депрессиям, резким перепадам настроения, у которых и при нормальном питании, уровни триптофана и серотонина обычно значительно снижены), в улучшении настроения помогают даже небольшие дозировки, для улучшения поступления триптофана в мозг. Исходя из этого, употребление продуктов с высоким содержанием триптофана (например, мясо индейки, какао, орехи и другие семена), могут оказывать положительное влияние на повышение доступности триптофана в мозге (хотя и не так значительно, как БАДы с триптофаном), и способствовать некоторому повышению настроения. Незначительному, потому что, продукты богатые триптофаном, как правило, также содержат в себе высокие концентрации нейтральных аминокислот (речь в основном о тирозине, фенилаланине, лейцине, изолейцине, валине), которые конкурируют за транспортировку аминокислот через гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), что в свою очередь ограничивает поступление триптофана в мозг. В противоположность этому, продукты богатые антиоксидантами способны оказать некоторое дополнительное положительное влияние на доступность триптофана.

Тем не менее, слишком высокий уровень серотонина может ухудшить настроение и повысить чувствительность к усталости, и привести к ситуации, схожей с развитием серотонинового синдрома (серотониновая интоксикация).
СохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранить

Серотониновые откровения ...



Заметка в режиме наблюдения рассуждения. Оформлять как полноценную статью слишком прокрастинично для меня в данный момент времени. Поэтому, если что не обессудьте, я предупредил ;)

Итак, накануне почитал тут некоторые материалы на предмет взаимосвязи диеты и серотонина ... в сумме получается так,

сама по себе диета (низкокалорийная, имеется ввиду) понижает уровни серотонина ...

P.S. нужноотдавать себе отчет, в том, что описанное далее, скажем так грубо упрощенная схема, а сами протекающие процессы, конечно выглядят несколько сложнее, ну и наука продолжает копать глубже и дальше ...   

но на уровни серотонина также оказывает влияние и повышенная концентрация аминокислот в крови, особенно тех что "конкурируют" за транспортировку аминокислот через гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), речь в основном о тирозине, фенилаланине, лейцине, изолейцине, валине и ТРИПТОФАНЕ ... все эти аминокислоты проникают через ГЭБ, посредством системы активного транспорта больших нейтральных аминокислот (нейтрального транспортера) (large neutral amino acid transporter, LNAAT) ... так вот, чем ниже концентрация триптофана, и выше концентрация других перечисленных аминокислот (ну самое простое, берем BCAA, т.е. аминокислоты с разветвленными цепочками, а именно в BCAA речь про лейцин (Leucine), изолейцин (Isoleucine), валин(Valine)), тем меньше триптофана будет перенесено через ГЭБ ... и наоборот (в этом и состоит суть "конкуренции за всасывание"),

а триптофан является предшественником серотонина, т.е. чем меньше попадает триптофана "по назначению", тем ниже уровни серотонина ... некоторые диетящиеся нормально это переносят, а некоторые, те кто подвержен, около депрессивным состояниям, депрессиям, агрессии, паническим атакам, такой дефицит серотонина переносят плохо, и их состояния могут усугубляться (тут в том числе скажем привет, зажорам) ....

но с другой стороны, те же аминокислоты с разветвленными цепочками (BCAA) являются "инсулиночувствтвительными" ... т.е. если растут уровни инсулина, то инсулин помогает, "разбавить" эту конкуренцию транспорта аминок за каналы всасывания, через "растаскивание" из крови ВСАА-аминокислот ... и в итоге, у триптофана увеличиваются шансы на улучшенную транспортировку через ГЭБ ... и как результат, уровни серотонина растут ...

собственно посредством этого механизма работает и добавление углеводов в диету, а именно, инсулин (опосредованно) увеличивает шансы триптофана для транспортировки через ГЭБ ... т.е. когда заходит речь о повышении углеводов в диете (или поступают предложения/ или "мнение мозга"(с), съесть чего то сладкого) для того чтобы, например, улучшилось настроение и поднялся уровень серотонина, то тут дело не просто в том, что сами по себе углеводы увеличивают уровни серотонина (у людей с избыточным весом и метаболическими нарушениями, несмотря на гиперинсулемию, депрессии правят бал только в путь) ... а в том, что сопровождающийся с их приемом всплеск инсулина ... дает дорогу всему тому триптофану, что есть в крови ...

Для повышения уровней триптофана (и соответственно, серотонина), нужно озаботится (или проще говоря, рацион делать сбалансированным, в том числе по белковой составляющей) наличием (возможно и повышением) в повседневном питании альфа-лактальбумина, в котором как раз самая высокая концентрация триптофана (альфа-лактальбумина больше всего содержится в сыворотке молока ... т.е. сывоточный прот или специально обогащенные альфа-лактальбумином протеины, или БАДы)... а чтобы улучшить всасываемость триптофана, нужно не исключать углеводы из рациона ...

Некоторые могут сказать, ну как же так, ведь белковая пища в большинстве своем и так имеет достаточно немаленький инсулемический индекс, т.е. по идее инсулина должно хватать и без углеводов (?). Но по факту, тут играет немаловажную роль [нюансы, всегда важны нюансы и контекст :) ], и тип белковых продуктов и общий вклад этой белковой пищи на уровень инсулина (а за инсулиновые всплески белковой пищи можно благодарить по большей части аминокислоту лейцин, т.е. концентрация и доступность этой аминокислоты из пищи, будет иметь определяющее значение, для преимущественно/ чисто белкового питания/ приема пищи), и длительность подъема инсулина, от этого будет зависеть будет ли для данного конкретного человека оптимальной работа его систем по регулированию доступности триптофана для производства серотонина.

Т.е. вполне может случаться так, что белка в организм загружено с пищей много (особенно есть же любители мегадоз ВСАА, причем, да сами по себе BCAA, поднимают уровни инсулина (опять же благодаря лейцину), но при этом у людей в группе депрессивного риска, прием BCAA может быть сопряжен с ухудшением состояния), а углеводов или нет или мизер (особенно речь про всяких инсулино- и гликимически-индексо- боятелей, которые стараются держать уровни инсулина как можно ниже), инсулина мало, концентрация аминокислот в крови не низкая, и триптофан получается болтается без дела, и в итоге серотонина мало ... в общем, грусть, печаль, тоска ...

Общие рекомендации для тех кто в группе риска (это те кто подвержен, около депрессивным состояниям, депрессиям, агрессии, паническим атакам):

1. Низкоуглеводки это с большей долей вероятности - не ваше (хотя бы обеспечьте поступление не менее 100 грамм углеводов в сутки).
2. Не надо злоупотреблять bcaa'шками, все нужные аминки тело способно получать из еды (из качественных и полноценных источников белка), делайте свой рацион полноценным по белковой составляющей (2/3 из животных источников, 1/3 из растительных).
3. Проследите чтобы в диете присутствовали молочные продукты, или еще лучше дополнить свой рацион продуктами с повышенной концентрацией альфа-лактальбумина (сывороточный протеин, БАДы).
4. Дополните свой рацион или L-trypotphan или 5-HTP (работают, также как предшественники серотонина) - в дозировке 50-100 мг до трех раз в день.
5. Чтобы сон был спокойнее, делайте ужин низкобелковым и высокоуглеводным. (инсулин поможет триптофану попасть куда надо, серотонин даст расслабление и спокойствие, а мелатонин (серотонин - предшественник мелатонина), улучшит сон). Да и вообще ешьте белок с углеводами.
6. Делайте перерывы в диете каждые 8-12 недель, для нормализации уровней серотонина и прочих гормонов в целом. (перерывы в диете, собственно всем будут полезны в том числе и по этой причине).

И еще, сама по себе высокая концентрация серотонина вызывает отупляюще тормозной эффект ... )))

ПОЧЕРПНУТО ИЗ:

Anxiety Low-Carbohydrates Whey and BCAA by Lyle McDonald
Carbohydrate Intake and Depression – Q&A by Lyle McDonald
Antidepressants and Weight Gain by Lyle McDonald

Herrera CP, Brand-Miller J. et al. High-glycaemic index and -glycaemic load meals increase the availability of tryptophan in healthy volunteers. Br J Nutr. 2011 Jun;105(11):1601-6. doi: 10.1017/S0007114510005192. Epub 2011 Feb 24 [PubMed]

Wurtman RJ, Wurtman JJ. Carbohydrate craving, obesity and brain serotonin. Appetite. 1986;7 Suppl:99-103. [PubMed]

Shabbir F et al. Effect of diet on serotonergic neurotransmission in depression. Neurochem Int. 2013 Feb;62(3):324-9. doi: 10.1016/j.neuint.2012.12.014. Epub 2013 Jan 7. [PubMed]

Sener A, Malaisse WJ. The stimulus-secretion coupling of amino acid-induced insulin release: insulinotropic action of branched-chain amino acids at physiological concentrations of glucose and glutamine. Eur J Clin Invest. 1981 Dec;11(6):455-60. [PubMed]

Yang J, Chi Y, Burkhardt BR, Guan Y, Wolf BA. Leucine metabolism in regulation of insulin secretion from pancreatic beta cells. Nutr Rev. 2010 May;68(5):270-9. doi: 10.1111/j.1753-4887.2010.00282.x. [PubMed]
СохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранить

воскресенье, 2 июля 2017 г.

5 способов ускорить восстановление после тренировки

 
Как только вы вышли из зала, тело переключается в режим восстановления и роста мышц. Оптимизируйте эти процессы, чтобы подготовиться к следующей тренировке!
Автор: Лиза Кенилворт
Многие бодибилдеры уделяют самое пристальное внимание каждому аспекту тренировки — от выбора лучших упражнений до специализированный тренировочных протоколов и мельчайших деталей в процессе — а затем считают дело сделанным, как только переступают порог тренажерного зала. Но чтобы добиться результатов — или точнее, чтобы их оптимизировать — нужно относиться к посттренировочному протоколу с таким же вниманием, как и к самим тренировкам, в противном случае вы не полностью реализуете свой потенциал.
«По моему мнению, восстановление — самый недооцененный аспект всего массонаборного цикла, — говорит Майк Кундла, выступающий в категории Менс Физик. — Ваше тело нуждается в адекватном отдыхе и восстановлении. Ему нужно починить мышечные волокна, поврежденные во время тренировки, восполнить запасы мышечного гликогена, дать восстановиться центральной нервной системе».
Фитнес тренер Брендон Стронг считает, что это далеко не единственная причина для оптимизации восстановления. «К следующей тренировке вы хотите подойти в 100% готовности, и восстановление играет в подготовке очень важную роль», — говорит он.
Мы решили воспользоваться знаниями двух успешных спортсменов, и попросили их рассказать о своих посттренировочных протоколах, чтобы определить, какая стратегия восстановления наиболее эффективна. Какие шаги помогают им тренироваться на пределе возможностей изо дня в день?

1. Начинайте с растяжки и заминки после тренировки

Путь к оптимизации восстановления начинается еще до выхода из тренажерного зала. Первая остановка после основной тренировки: статическая растяжка и заминка.
Если вы не работаете над гибкостью, мышцы со временем укорачиваются и теряют эластичность. Статическая растяжка увеличивает амплитуду движений в суставах, а это имеет колоссальное значение для минимизации риска травм.
Чтобы проложить кратчайший путь к восстановлению, Стронг растягивается не менее 10 минут после каждой тренировки, а в дни ног использует цилиндр для пилатеса. «Еще я уделяю 15-20 минут водным процедурам в холодной воде после интенсивной тренировки ног; я заметил, что это помогает мне уменьшить мышечное воспаление», — говорит Стронг.

Кундла не любит холод, хотя он и прикладывает к коленям лед в течение часа после тренировки, чтобы унять боль после старых футбольных травм. Его восстановительный протокол меняется в зависимости от специфики тренировки. Некоторые дни у него чисто силовые: он работает с большим весом и объединяет в суперсеты многосуставные упражнения, вроде вариаций становых тяг и жимов лежа. Другие дни у него вспомогательные: спортсмен делает односуставные движения, например, сгибания на бицепс и разгибания для трицепса, а заодно кардио и упражнения на общую физическую подготовку.
«Силовые дни требуют более интенсивного восстановления, на которое нужно больше времени, — говорит Кундла. — Я делаю много растяжек, используя три элемента спортивного оборудования, которые каждый атлет должен включить в арсенал средств для восстановления: гири, мяч для лакросса (или теннисный мяч) и цилиндр для пилатеса».
В дни вспомогательных тренировок Кундла делает больше статических растяжек в классическом стиле. «Также я в эти дни прыгаю через скакалку: 100 прыжков на двух ногах, 100 — чередуя ноги, и еще по 50 прыжков на одной ноге, — говорит он. — Это укрепляет мышцы и связки стопы и голеностопного сустава, что помогает уменьшить риск травм».

Посттренировочный протокол Майка Кундлы в силовые дни

  • 10-15 растяжек в позиции кошка-верблюд, чтобы убрать скованность в спине и плечах.
  • Растяжка квадрицепсов, мышц задней поверхности бедра и спины на цилиндре для пилатеса; в качестве альтернативы для ног можете использовать штангу.
  • Проработка триггерных зон плеча, таза и икр с мячом для лакросса: по 30 секунд давления в 2-3 подхода для каждой зоны.
  • 10-15 выпадов в ходьбе с собственным весом (для каждой ноги).
  • 20 круговых движений руками в каждом направлении.
  • 3-5 минут заминки на велотренажере.

2. Вода — не только для гидратации

Вода играет в восстановлении важную роль, и оба спортсмена подчеркивают важность воды. Надо не только пить воду, чтобы поддерживать необходимую гидратацию организма — которая критична для достижения пиковой физической работоспособности, — но также использовать воду для активного восстановления.
«Раз в неделю я тренируюсь в бассейне в целях активного восстановления. Либо плаваю, либо бегаю на мелководье, объединяя это с упражнениями для таза и ног, — говорит Стронг. — Сопротивление воды помогает расслабить скованные мышцы, что особенно эффективно после тяжелой тренировки ног. Заодно холодная вода помогает нормализовать температуру тела после тренировки».

3. Разбивайте посттренировочное «питание» на два приема

Оба спортсмена используют двухэтапный принцип посттренировочного питания, который состоит из покрытия неотложных потребностей и посттренировочного приема пищи. Такой подход не только форсирует восстановление, но и начинает подготовку к завтрашней тренировке.
Перед выходом из зала Кундла заботится о гидратации организма, добавляя 1,5 мерных ложки Amino 1 от MusclePharm в шейкер с водой. «Это дает мне отличную комбинацию BCAA и глютамина, которая помогает ускорить восстановление». Через час он готовит 1,5 стакана яичных белков с 30-60 граммами молодой брокколи или зеленых овощей, или принимает примерно 40 грамм протеина, в котором не более 5 грамм углеводов и жиров. «Если мне надо бежать по делам, я размешиваю полторы мерных ложки изолята 100% Combat Isolate MusclePharm на воде».
Посттренировочная заправка Стронга начинается с продуктов MusclePharm, которые он принимает сразу: Amino 1 с добавкой в виде 5 грамм глютамина, чтобы помочь восстановлению, и батончик Combat Crunch Bar, который дает 20 грамм протеина и 25 грамм углеводов. Через час после тренировки Стронг предпочитает пищу, богатую питательными веществами: его любимое блюдо — до верху заряженный протеином аппетитный салат Буррито.

4. Релаксация перед сном

Когда 24 часов в сутках уже не хватает, очень многие начинают жертвовать сном. Но с точки зрения мышечного восстановления, надо поступать с точностью до наоборот; особая роль в секреции гормонов и общем восполнении сил организма делает сон одним из самых важных аспектов восстановления. Оба спортсмена говорят, что по-настоящему выспаться всегда тяжело. 
Каждый выработал для себя специфический вечерний ритуал. Кундла начинает с успокаивания болезненных мышц. «Я часто использую вечернее миофасциальное расслабление, прикладывая лед или теплые компрессы к определенным зонам, которые болезненны или воспалены. Кроме того, после 6 вечера я сокращаю потребление жидкости, чтобы лишний раз не просыпаться ночью».

Стронг — страстный поклонник расслабляющей чашки горячего чая перед сном. Также он принимает Z-Core PM от MusclePharm, который содержит цинк, магний и мелатонин, чтобы поддержать естественный уровень тестостерона и повысить качество сна.
По мнению Стронга, медитация — еще один эффективный способ расслабиться после наполненного стрессами дня, и он ежедневно уделяет ей 10-15 минут. «Я начал медитировать в колледже, чтобы хоть как-то справляться с нагрузками, и обнаружил, что успокоение сознания и фокусировка на целях, которые еще предстоит достичь, очень здорово мне помогает».

5. Утром продолжайте заправляться

Большинство парней думает, что с отходом ко сну миссия по восстановлению выполнена, но Кундла утверждает, что правильное посттренировочное питание продолжается вплоть до момента, когда вы опять берете в руки гантели. Этот промежуток времени включает дальнейшую заправку вашего организма правильными продуктами и пищевыми добавками. Сразу после пробуждения Кундла завтракает и принимает витаминно-минеральный комплекс Armor-V. «У него отличный баланс витаминов, минералов и натуральных веществ, а также пробиотики для иммунной системы и комплекс омега-жиров для сердца и сосудов».
Затем он идет в зал. Но перед тем как взяться за серьезные веса, Кундла начинает предтренировочную разминку и выполняет серию упражнений на гибкость, которые похожи на посттренировочные, но идут в другом порядке. «Вы должны уделять время растяжке и гибкости как до, так и после тренировки, — говорит он. — Это полезно и для самой тренировки, и для посттренировочного восстановления. Растяжка помогает избежать травм и повышает качество ваших тренировок».

Предтренировочная программа Майка Кундлы на гибкость

  • 3-5 минут разминки на велотренажере.
  • 10-15 выпадов в ходьбе с собственным весом (каждой ногой).
  • 10 растяжек в позиции кошка-верблюд.
  • 20 глубоких приседаний с собственным весом.
  • Растяжка квадрицепсов и спины на цилиндре для пилатеса; как альтернативу для ног можете взять штангу.
  • Растяжка и разминание икр со штангой.
  • 20 круговых движений руками (в каждом направлении).
  • Приседания с 13-кг гирей.
Стронг убежден, что нужно продолжать восстановление на следующий день, так что утро он начинает со стакана воды. «Есть поговорка, что вода делает нас сильнее», — говорит он, имея в виду, что даже минимальная дегидратация может резко ухудшить физическую работоспособность. После завтрака Стронг использует еще один предтренировочный инструмент, MusclePharm Assault — предтренировочный энергетик и психостимулятор. «Он заряжает меня энергией и помогает взвинтить темп тренировки, — говорит он. — Я размешиваю 1 мерную ложку в воде и пью напиток или во время растяжки до тренировки, или во время разогревочной пробежки».
Также до тренировки он принимает BCAA — примерно две мерных ложки, — чтобы зарядить мышцы топливом и существенно упростить восстановление, обеспечив организм веществами, запасы которых расходуются во время интенсивного тренинга.

Живи долго и тренируй (старение, тренировки, мускулы) [p.2]

 

Оригинал взят у republicommando в Живи долго и тренируй: значение скелетной мускулатуры для здоровья в пожилом возрасте (Часть 2)
http://link.springer.com/article/10.1007/s10522-015-9631-7
Live strong and prosper: the importance of skeletal muscle strength for healthy ageing
Авторы: Michael McLeod, Leigh Breen, D. Lee Hamilton, Andrew Philp
Броперевод: republicommando

Часть 1 | Часть 2 | Источники



Значение белка в питании для сохранения мышечной массы и функции
Протеин, потребляемый из пищи, необходим для сохранения мышечной массы и функции, а также - из-за тесной связи - для прочности костной системы. Текущие рекомендации (RDA) для белка, учитывая нужды всего организма, составляют 0.8 грамм/(кг/день) (0.32/кг/СМТ/день, если полагать сухой массой тела (СМТ) 40% от всего веса - Janssen et al. 2000). Однако RDA не учитывает возможную разницу в потребности для поддержания здоровой мускулатуры у молодых и пожилых людей. Поскольку накоплено немало подтверждений, что превышение рекомендаций RDA по белку приносит различные полезные эффекты (Morley et al. 2010), следует определить оптимальный объем протеина в питании для развития (или хотя бы сохранения) мышечной/костной системы в пожилом возрасте.
Достаточное количество белка в рационе стимулирует синтез мышечных протеинов, поставляя незаменимые аминокислоты (Chesley et al. 1992; Tipton et al. 1999). В частности лейцин, аминокислота с разветвленной цепью, может оказывать анаболическое воздействие, стимулируя синтез белка и связанные с mTOR сигналы при отсутствии других незаменимых аминокислот (и в большей степени, чем они) (Atherton et al. 2010; Wilkinson et al. 2013). Анаболический отклик мышц на поступление аминокислот продолжается недолго, доходя до пика через ~2 часа после поглощения протеина и опускаясь через ~3 часа (Burd et al. 2010; Mitchell et al. 2015), даже если уровень аминокислот остается повышенным (Bohé et al. 2001).
Collapse
Некоторые исследования показали, что этот отклик на прием белка у пожилых людей значительно ниже (Cuthbertson et al. 2005; Guillet et al. 2004; Katsanos et al. 2005; Volpi et al. 2000). Но надо отметить, что не все эксперименты зафиксировали анаболическую резистентность, связанную с возрастом (Paddon-Jones et al. 2004; Pennings et al. 2011); возможно, из-за различия в методах оценки уровня синтеза мышечного протеина (Burd et al. 2012). Старение ассоциируется с большей висцеральной экстракцией аминокислот [отбор белка внутренними органами для своих нужд - прим. пер.], таким образом снижая объем получаемого из пищи протеина (Volpi et al. 1999). Также у пожилых людей наблюдается нарушение микрососудистой перфузии [питание тканей через их сосудистую систему - прим. пер.] (Mitchell et al. 2013), что осложняет доставку незаменимых аминокислот в мышцы.
Мур с коллегами (2015) провели ретроспективный анализ исследований для сравнения уровня синтеза мышечных белков у молодых и пожилых людей после приема различных доз высококачественного протеина. Минимальный объем протеина, приводящий к наибольшему отклику, составил 0.25 г/кг/СМТ (сухой массы тела) у молодых людей и 0.61 г/кг/СМТ у пожилых; таким образом, с возрастом организм слабее реагирует на пищевой белок и требует большее количество, чем в юности (Рис. 3). При этом надо учесть, что многие пожилые люди не набирают и рекомендуемые RDA нормы белка по самым разным причинам, от снижения аппетита и ухудшения пищеварения до социо-экономических факторов. Одной из главных проблем является нездоровый режим питания (Tieland et al. 2012). Например, протеин в утреннем и дневном приемах пищи обычно не приводит к такой же максимальной стимуляции синтеза мышечного белка, которая вызывается протеиновым ужином (Tieland et al. 2012).
Рисунок 3
Старение связано с пониженным анаболическим откликом на прием белковой пищи. Сравнительный анализ показывает, что доза протеина, необходимая для максимальной стимуляции синтеза миофибриллярной фракции, у молодых людей (a) на 40% ниже, чем у пожилых (b). На основе данных (Moore et al. 2015)
Согласно данным Мура и коллег (Moore et al. (2015)), семидесятилетний человек весом 80 кг (имеющий СМТ около 30% от общей массы (т.е. 24 кг) и питающийся три раза в день (Short and Nair 2000)) должен получать ~147 граммов белка в сутки или ~1.8 г/кг, что превышает рекомендуемую норму RDA более чем в два раза. В поддержку этого предположения можно привести работу Кима с коллегами ((Kim et al. (2015)), которая показала, что потребление 1.5 г/(кг/массы тела) белка (почти в два раза больше текущей нормы RDA—0.8 г/(кг/массы тела)] привело к значительно большей стимуляции синтеза мышечного белка в течение суток по сравнению с рекомендуемым приемом на уровне 0.8 г/(кг/массы). В этом исследовании не было зафиксировано дополнительного анаболического эффекта при сравнении равномерного и неравномерного распределения протеина в приемах пищи (Kim et al. 2015). Помимо кратковременного повышения уровня синтеза белка есть и долгосрочные эффекты, например, Кэмпбелл с коллегами (Campbell et al. (2001)) обнаружил, что у пожилых людей, потреблявших рекомендуемую RDA дозу белка в течение 14 недель, значительно снизилась мышечная масса бедер. Другое исследование показало, что пожилые люди, у которых в рационе белок составлял ~19% от общего калоража, потеряли на ~40% меньше мышц, чем люди с ~11% белка от общего калоража (Anderson et al. 2011).
При том, что многие пожилые и так не набирают достаточное количество белка для поддержания здоровья, ситуация ухудшается в период заболевания (Covinsky et al. 1999). Неполноценное питание во время острых приступов и при хронических проявлениях болезни затягивает выздоровление и повышает риск развития осложнения, приводя к повторной госпитализации (Covinsky et al. 1999). Ограничение подвижности, связанное с постельным режимом, чаще вызывыает негативные последствия у пожилых людей, например, всего неделя в постели вызывает атрофию мышц и анаболическую резистентность (Drummond et al. 2012). Подобные ухудшения фиксировались у пожилых после 14 дней частично ограниченной подвижности (Breen et al. 2013). Все больше специалистов сходится во мнении, что увеличение потребления белка (выше рекомендуемых RDA доз) в период заболевания и госпитализации ускоряет выздоровление и помогает сохранить скелетную мускулатуру (Cawood et al. 2012). Потери мышц из-за неподвижности были зафиксированы даже при потреблении белка на уровне 1.0–1.2 г/(кг/массы тела) (Trappe et al. 2007). Клиническое исследование обнаружило, что самые тяжелобольные из возрастных пациентов потребляли меньше всего белка (Pichard et al. 2004). Помимо улучшения состояния мышц было выявлено, что при превышении норм RDA растет и минеральная плотность костной ткани (Devine et al. 2005; Meng et al. 2009). При переломе шейки бедра увеличение количества белка (более текущих рекомендаций RDA) в пище или в добавках ассоциируется с повышением плотности костей и сокращением времени восстановления (Schurch et al. 1998). Мнение, что увеличение потребления белка приводит к повышению кислотности крови и резорбции [растворению - прим.пер.] кальция из костей, опровергается несколькими мета-анализами (Fenton et al. 2008; Fenton et al. 2010; Fenton et al. 2009a; Fenton et al. 2009b). Подводя итог, сегодня очевидна необходимость повышения рекомендуемых норм приема белка пожилым людям для поддержания скелетной мускулатуры и качества жизни; специалисты советуют увеличить дозу до 1.0-1.2 г/(кг массы тела) (Bauer et al. 2013). При заболеваниях и ограничениях подвижности, например, постельном режиме, норму рекомендует GJdподнимать до 1.2-2.0 г/(кг/массы тела), в зависимости от тяжести заболевания и неполноценности рациона (Bauer et al. 2013).

Повышать продолжительность жизни или качество?

Вышеупомянутые исследования ясно показывают, что размер и сила скелетной мускулатуры имеют критическое значение для сохранения здоровья в старости, а уровень синтеза мышечного белка в большой степени зависит от тренировок и потребления протеина. Однако изучение старения на животных выявило, что подавление белкового синтеза (ингибирование mTORC1, ограничение калоража) увеличивает продолжительность жизни (Kapahi et al. 2010).
Например, рапамицин, ограничивающий действие mTORC1, увеличивает срок жизни многих организмов, включая дрожжевые грибки (Kaeberlein et al. 2005), круглых червей (Jia et al. 2004) и дрозофил (Kapahi et al. 2004). В исследованиях на мышах при смертности 90% рапамицин увеличивал мышей продолжительность жизни на 14% у самцов и на 9% у самок, повышая выживаемость как при позднем применении (возраст 600 дней), так и в середине срока (270 дней) (Harrison et al. 2009). Отключение отдельных регуляторов eIF4G и S6K1 (Selman et al. 2009) повышало срок жизни у изучаемых организмов, а у особей с мутациями, приводившими к понижению уровня инсулина и инсулиноподобного фактора роста (IGF1) (ключевые факторы, управляющие активностью mTORC1 и синтезом белка во время развития), реже развивались рак и диабет (Guevara-Aguirre et al. 2011; Shevah and Laron 2007). Дополнительно отмечено, что у потомков долгожителей (со сниженным риском развития определенных заболеваний и увеличенной продолжительностью жизни по сравнению с контрольной группой) меньше биоактивность циркулирующего IGF1 (Vitale et al. 2012).
Некоторые нюансы этих исследований были проанализированы экспертами (Sharples et al. 2015), и стало понятно, что редкие работы, изучая увеличение срока жизни, принимали также во внимание размер и функцию мышц. Таким образом, физиологический контекст (продолжительность здоровой жизни в противовес просто увеличению срока) часто не учитывался.  Два важных исследования лаборатории Блэйка Расмуссена, Dickinson et al. (2011) и Drummond et al. (2009), экспериментально изучали непосредственный эффект рапамицина в мышцах человека (Рис. 4). Первое (Drummond et al. (2009)) показало, что прием рапамицина у человека полностью блокировал способность силовых тренировок увеличивать синтез мышечного белка (Рис. 4a), подтверждая ранее полученные на крысах результаты (Kubica et al. 2005). Второе (Dickinson et al. (2011)) выявило, что рапамицин может также полностью блокировать синтез мышечного белка в ответ на прием незаменимых аминокислот (Рис. 4b). Хотя исследований, посвященных долгосрочным эффектам рапамицина у человека, нет, такие работы на мышах зафиксировали снижение синтеза миофибриллярных протеинов (Drake et al. 2013) и утерю способности накапливать мышечную массу (Bodine et al. 2001). Рапамицин вызывал анаболическую резистентность у молодых и здоровых участников, так что вряд ли подойдет для продления жизни у людей в возрасте, уже испытывающих сложности с сохранением мышц.



Fig. 4
Снижение активности mTORC1 с помощью рапамицина вызывало анаболическую резистентность у молодых, здоровых мужчин. Было прекращено увеличение синтеза белка после силовых тренировок (a) и приема незаменимых аминокислот (b). Данные a взяты из работы (Drummond et al. 2009); b из работы (Dickinson et al. 2011)
Что же касается ограничения общего калоража, степень этого ограничения и макронутриентный состав имеет критическое значение для сохранения или потери мышечной массы (Cerqueira and Kowaltowski 2010). Например, прием протеиновых добавок при отрицательном энергетическом балансе помогал сохранять мышцы у здоровых людей (Josse et al. 2011; Mettler et al. 2010; Phillips 2014).
Важно отметить, что в исследованиях продолжительности жизни на грызунах проводятся в лабораторных условиях, без естественных перепадов температур, возбудителей болезней и т.д. Мыши не добывают пищу, не борятся за выживание (то есть не используют свою мускулатуру по назначению). Недавнее исследование показало, что в таких условиях они не сохраняют хорошее здоровье и функциональные возможности (Martin et al. 2010). Это приводит нас к важнейшему вопросу: чего мы хоти достичь в этой области биогеронтологии? Увеличить срок жизни с ущербом для здоровья или продлить активную, здоровую жизнь, для которой требуется поддерживать мышечную массу, силу и функцю?
Живи сильным и процветай





Как уже было сказано ранее (Ruiz et al. (2008) сохранение физической силы - ключевая стратегия для здоровья в старости. Множество клинических исследований ясно указывает, что активный образ жизни и достаточное потребление белка поддерживает сильную и здоровую скелетную мускулатуру. Важнейшее значение силы и размера мышц для здоровья и продолжительности жизни у человека заставляет нас вспомнить слова Дарвина: "Выживает сильнейший". Люди, поддерживающие физическую форму и силу, живут дольше и сохраняют хорошее здоровье (Artero et al. 2011; Artero et al.; Haskell et al. 2007; Ruiz et al. 2009; Ruiz et al. 2008). Надеемся, учитывая все это, что будущие исследования будут рассматривать мышечную систему в целом и изучать ее функциональные реакции, а не замыкаться на работе отдельных генов или анализе белков. И наконец, что важнее всего, для полного понимания сложных процессов человеческой жизнедеятельности необходимы интеграционные исследования, от простых модельных на животных до детализированных клинических на людях.