Виды боли и обезболивающие средства

 

Невролог Алексей Алексеев о видах боли, механизме действия обезболивающих и новых классах анальгетиков

© Angélica Portales

Класс обезболивающих очень широк, и имеется множество классификаций используемых в практике препаратов. Основными анальгетиками, обладающими собственно обезболивающим эффектом, являются парацетамол, нестероидные противовоспалительные препараты или средства (НПВП и НПВС), опиоиды и локальные анестетики.

Виды обезболивающих

К препаратам, обладающим анальгетическим свойством и применяемым при лечении болевых синдромов различной локализации, относятся средства для купирования боли, связанной с изменением болевого порога, повреждением (или дисфункцией) структур центральной и периферической нервной системы, — это флупиртин, препараты из класса антидепрессантов, группы антиконвульсантов. Также регулярно используются препараты, не оказывающие обезболивающего действия, но усиливающие анальгетическое действие других препаратов. К ним относятся миорелаксанты и спазмолитические препараты.

Строгая классификация обезболивающих препаратов строится из принципа разделения препаратов на опиоидные, неопиоидные и комбинированные, включающие неопиоидные и опиоидные препараты. Остальные препараты относятся к так называемым адъювантным и симптоматическим средствам, позволяющим добиться нужного эффекта с минимальными побочными явлениями и за меньшее время. Максимальную распространенность получили неопиоидные препараты, все из которых являются ненаркотическими, их свободному распространению способствует чаще всего безрецептурный отпуск препаратов в аптечной сети.

Особенностью нашей страны, в отличие от стран Европы и Америки, является меньшее распространение применения препаратов парацетамола и неоправданно высокое назначение спазмолитических средств. Опиоидные препараты, большинство из которых относится к наркотическим средствам, имеют гораздо меньшее распространение, что связано со значительными сложностями процедуры назначения и учета оборота наркотических препаратов. Однако, несмотря на то что в нашей стране учет наркотических препаратов затрудняет их назначение, в странах Европы и Америки процедура назначения проще, в то же время учет и экспертная оценка социальных и психологических особенностей пациента ложатся на плечи назначающего лечение врача, включая контроль уровня препарата в плазме крови, учет назначенных препаратов, подсчет использованных ампул и так далее. Особым подклассом препаратов из опиоидных средств являются сильнодействующие средства, не обладающие наркотическими свойствами ввиду их низкого наркогенного потенциала (низкой способности вызвать психологическую зависимость), учет которых осуществляется проще, что позволяет их шире применять.

Острая и хроническая боль

Боль является всего лишь сигналом, информирующим нас о наличии текущего или возможного повреждения тканей. В зависимости от типа и вида боли, временных характеристик болевой механизм так называемой ноцицептивной передачи несколько меняется, что меняет и фармакологические виды средств, назначаемых для терапии конкретного болевого синдрома.

Если остановиться на некоторых подходах к пониманию боли как таковой, надо осветить понятия острой и хронической боли и механизмы их формирования. Острая боль физиологична: это сигнал об опасности, сообщающий о локальном повреждении. Если разрушение ткани не слишком велико, то развитие боли носит временный характер. Механизм ее формирования прост: развивается активация периферических болевых рецепторов (или ноцицепторов) в области повреждения, передается по нервам в задние рога спинного мозга, переключается на восходящие пути спинного мозга и активизирует структуры центральной нервной системы. Рефлекторным ответом на болевой афферент (восходящую импульсацию) является мышечная реакция (исследование взаимоотношения которых оценивает ноцицептивный флексорный рефлекс). В итоге человек непроизвольно убирает повреждаемую область из опасной зоны, где наносится повреждение.

Хроническая боль — боль, протекающая дольше периода нормального заживления, зачастую неочевидного повреждения. Именно хроническая боль в настоящее время является значимой социальной, экономической и, естественно, медицинской проблемой.
При этом ключевую роль играют механизмы формирования конкретного патофизиологического вида боли. Это и появление или активация так называемого воспалительного каскада, проходящего через фермент циклооксигеназу (ЦОГ), имеющий две изоформы (ЦОГ-1 и ЦОГ-2), влияние на которые связано как с обезболивающим эффектом НПВП, которые блокируют ЦОГ, так и с развитием побочных реакций со стороны ЖКТ (риски обострений язвенной болезни или гастритов, преимущественно связанные с изоформой 1), а также с возможностью увеличения рисков тромбозов, преимущественно связанных с изоформой 2.

Изменения при хронической боли происходят и на уровне ЦНС: сверхсильное и долгое возбуждение периферических ноцицепторов приводит к сенситизации центральных ноциогенных структур, которые после этого даже на слабый сигнал реагируют выраженным и стойким возбуждением. Центральная сенситизация опосредована медиаторами воспаления: при выраженной боли — такими как фактор некроза опухоли α (ФНОα), интерлейкин (ИЛ) 1 и 6, а также ПГЕ2. Происходит изменение свойств мембран нейронов; в этом процессе большое значение придается рецепторам глутамата (NMDA — N-метил-D-аспартат рецепторы) и так называемым медленным кальциевым каналам.
Локальное воспаление, периферическая и центральная сенситизация являются нормальными приспособительными механизмами, необходимыми для восстановления повреждений. В то же время именно эти изменения запускаются или меняются в процессе формирования хронической боли.

Ноцицептивная, невропатическая и дисфункциональная боль

Еще одна важная классификация, применение которой в клинической практике позволяет сократить период выздоровления пациента, — это разделение боли по механизмам повреждения (так называемая патофизиологическая классификация) на ноцицептивную, невропатическую и дисфункциональную.

Ноцицептивная боль обычно четко локализована, поскольку обусловлена повреждением конкретных структур. Для ноцицептивной боли характерна связь с движением и активностью, боль может усиливаться или, напротив, существенно уменьшаться и даже исчезать при движении и изменении физического состояния, при изменении положения тела. Ноцицептивную боль можно условно разделить на воспалительную, механическую и ишемическую.

Нейропатическая боль носит неопределенный характер, пациентам трудно указать ее точную локализацию. Она отличается значительной интенсивностью и яркой эмоциональной окраской. Пациенты дают ей различные характеристики, описывают словами-дескрипторами: «жгучая», «режущая», «холодящая», «как удар электрическим током», «немая», «сводящая». Для нейропатической боли характерно сочетание повышенной возбудимости структур периферической нервной системы и ЦНС и нарушений чувствительности. Отмечаются феномены гипералгезии (выраженной болевой реакции на небольшое болевое раздражение), аллодинии (появление боли при неболевых стимулах), гипо- и анестезии, а также парестезии (ощущение ползания мурашек, зуда, онемения и так далее).

Частыми примерами нейропатической боли является боль при диабетической полинейропатии, постгерпетической невропатии, невралгии тройничного нерва, при радикулопатии, компрессионно-ишемических, или туннельных, невропатиях (синдром запястного канала).

Дисфункциональная боль может напоминать ноцицептивную, однако при отсутствии органического повреждения ткани. Для этого вида боли характерно несоответствие между тяжестью страданий пациента и данными объективного обследования. Длительная боль или иная причина приводит к снижению тормозных антиноцицептивных сигналов (дезингибиция), что проявляется повышением возбудимости болевых нейронов (центральная сенситизация). Дисфункциональная боль нередко сопровождается симптомами, характерными для нейропатической боли, в частности гипералгезией и аллодинией.

Действие обезболивающих

Механическая и ишемическая боль, развивающаяся в рамках ноцицептивной боли, также требует локальной терапии источника боли с назначением симптоматического лечения и, возможно, НПВП.

Невропатическая боль — помимо медикаментозной терапии причин боли (например, применение адекватных доз противовирусных препаратов при постгерпетической невралгии), необходимо локальное воздействие на источник боли при его наличии (например, изучение уровня компрессии при туннельной невропатии, радикулопатии, применение локальных видов лечения: лечебных блокад, периневральных блокад, эпидуральных и фораминальных блокад, мышечных блокад при компрессии нерва в мышечно-сухожильном туннеле), а также назначение препаратов из групп антиконвульсантов и антидепрессантов, действующих, помимо ноцицептивных структур (воспринимающих и передающих боль), на антиноцицептивные структуры (подавляющие боль).

Терапия дисфункциональной боли также может включать назначение антиконвульсантов и антидепрессантов, но, кроме того, должна обязательно проводиться при участии специалистов смежных специальностей, специалистов, отвечающих за область боли (оториноларинголог, стоматолог-ортодонт при лицевых болях, например), и психиатра, участие которого необходимо для оценки аффективных реакций на хроническую боль.

История исследования обезболивающих

«Золотой» период изучения болевых синдромов начался со второй половины XX века, что связано как с развитием принципов доказательности и доказательной медицины, так и с началом формирования современного понимания правил организации и адекватного составления дизайна клинических исследований.

В настоящее время исследования в отношении обезболивающих проводятся с целью получения данных об их эффективности и безопасности, что касается относительно новых препаратов, и сравнение по эффективности с имеющимися «золотыми стандартами». Если учесть частоту встречаемости запроса РКИ (рандомизированные клинические исследования) в отношении применения анальгетиков в pubmed.com, максимальные результаты будут получены по классу НПВП. И частотность встречаемости подобных данных только растет. Это связано даже не столько с открытием принципиально новых препаратов, сколько с созданием все новых «препаратов-копий» — дженериков, содержащих в себе то же химическое вещество в качестве основного действующего вещества, так называемое международное непатентованное название (МНН). Интернет пестрит сообщениями, суть которых сводится к поиску более дешевого аналога, в то же время забывают, что зачастую не только МНН определяет эффект препарата, но и механизм его обработки, фармакокинетика и фармакодинамика препарата, а вот данные о биоэквивалентности дженерика оригинальному препарату не всегда вселяют доверие к дженерику, да и не всегда эта информация доступна.

История создания препаратов из класса НПВП начинается с XVII века, с обширного применения хинина, обладающего противовоспалительными и обезболивающими свойствами. В 1763 году Эдвард Стоун исследовал эффективность экстракта коры ивы в качестве альтернативы хинину. И уже сто лет спустя экстракт коры ивы активно применялся в качестве обезболивающего. С 1824–1829 годами связано множество работ, информирующих о первом выделении из коры ивы вещества — салицилата, что, собственно, и явилось рождением класса НПВП. С 1860 года реакция Кольбе — Шмитта стала основным способом синтеза салициловой кислоты. Первым синтетическим НПВП стал антипирин (феназон), появившийся на 14 лет раньше своего более известного собрата — аспирина — и продержавшийся на фармакологическом рынке до настоящего времени. Далее было изобретение амидопирина (пирамидона) в 1893 году, который стал «золотым стандартом» и вошел в народный фольклор, фильмы и выступления сатириков.

Дальнейшее развитие фармакологического рынка обезболивающих средств шло семимильными шагами, наталкиваясь только на те или иные осложнения, свойственные каждому классу препаратов. Так, миелотоксичность заблокировала развитие производных пиразолона, применение метамизола натрия было ограничено из-за возможных гематологических проблем, препарат фенибутазон, возникший в 1949 году, также получил ограничение применения из-за миелотоксичности, и впервые на нем же были отмечены систематические ульцерогенные осложнения. Фенацетин, произведенный в 1878 году, как выяснилось существенно позже, обладал высокой невротоксичностью и повышал риски развития онкологических заболеваний.

Таким образом, к 70–80-м годам XX века наиболее значимым осложнением очередного «золотого стандарта» — ацетилсалициловой кислоты — были ЖК-осложнения. Именно по выраженности ульцерогенности сравнивались новые НПВП с имеющимися. Следующим значимым этапом было открытие двух изоформ фермента циклооксигеназы и создание коксибов — селективных ингибиторов ЦОГ-2. Появление этого класса НПВП проходило под контролем клинических исследований SUCCESS-1, далее были объемные исследования MEDAL, CONDOR, APPROVe, VIGOR, в ходе которых выявились осложнения, связанные с риском развития тромботических осложнений, позже названные «кризисом коксибов». В настоящее время оценка безопасности НПВП и исследования имеющихся на рынке препаратов подтверждают относительную безопасность всех препаратов, при наличии разумных ограничений к их применению в связи с возможными рисками побочных реакций.

Самые сильные обезболивающие

Из всего класса обезболивающих наиболее сильными являются опиоидные анальгетики, в то же время, учитывая современное восприятие болевого синдрома как мультидисциплинарной проблемы, назначение опиоидного анальгетика не всегда гарантирует адекватной терапии самого болевого синдрома с рефлекторным мышечным ответом или с миофасциальным синдромом (мышечно-тоническим синдромом), измененным двигательным стереотипом (кинезиофобическое расстройство, защитное по сути и участвующее в хронизации боли) и измененными эмоционально-аффективными реакциями.
В то же время множество исследований, посвященных эффективности НПВП, в настоящее время привели к пониманию сравнимой эффективности всех НПВП при различных рисках терапии, при условии соблюдения режима дозирования и длительности назначения препаратов в зависимости от фармакокинетики и фармакодинамики конкретных препаратов и их лекарственных форм.

Перспективы обезболивающих

Несмотря на более чем вековую историю применения анальгетиков, в фармакологическую эру продолжаются исследования различных новых классов препаратов, обладающих анальгетической активностью, — это препараты, действующие на разные патофизиологические этапы формирования болевого ощущения (ноцицептивную систему), а также исследуются препараты, обладающие активностью в отношении структур, подавляющих болевую передачу (антиноцицептивную систему).

В то же время максимальное значение в повседневной клинической практике имеют попытки в последнее время смягчить требования к оформлению номенклатурной стороны назначения опиоидных препаратов. Однако у каждого новшества есть обратная сторона. При смягчении правил назначения опиоидных препаратов груз ответственности контроля за применением, назначением, адекватным определением показаний ляжет на плечи врачей. Сможет ли подобное быть воспринято практикующими врачами, смогут ли врачи первичного звена соблюсти ступенчатость терапии, определить источник и патофизиологический механизм боли, адекватным образом пройти все этапы назначения терапии, грамотно объяснить пациенту задачи терапии болевого синдрома, сроки развития эффекта, оценить наличие психосоциальных факторов риска назначения наркотических и опиоидных средств и, наконец, выбрать опиоидный анальгетик, проследить за правильностью его применения — покажет время.

Алексей Алексеев

кандидат медицинских наук, ассистент кафедры нервных болезней лечебного факультета Первого МГМУ им. И.М. Сеченова

Источник

УЧЕНЫЕ СОБИРАЮТ ПО КУСОЧКАМ ГОЛОВОЛОМКУ УВЕЛИЧЕНИЯ МЫШЕЧНОЙ МАССЫ

 

Ученые из Университета Стирлинга, специализирующиеся на спорте, разработали сценарий, помогающий собрать воедино головоломку роста мышечной ткани человека.

Исследователи здоровья и физической нагрузки из Шотландского университета Спортивного мастерства разработали количественный метод, позволяющий понимать сигналы, которые управляют ростом мышц после тренировки. Их результаты, опубликованные в Журнале прикладной физиологии, в настоящее время используются в ряде новых проектов, которые могут принести пользу спортсменам и пожилым людям.

Потеря мышечной массы и снижение функциональности - неизбежные части процесса старения, они повышают риск споткнуться и упасть: половина женщин в возрасте старше 65 лет, которые при падении ломают бедро, становятся полностью неподвижными. Атрофия мышц приводит также к травмам при совершении повседневных дел, начиная от безопасного перехода через дорогу, заканчивая невозможностью подняться со стула без посторонней помощи.

«Сейчас все еще не очень хорошо понятно, как происходит мышечный рост или потеря мышечной массы, и что в эти процессы вовлечено», - объяснил д-р Ли Гамильтон, молекулярный физиолог в спортивной школе при Университете Стирлинга и главный исследователь в данной научной работе.

«Мы знаем много о некоторых кусочках головоломки, но мы все еще не видим картину целиком. Более того, наша способность оценивать отклики от тех кусочков картины, о которых нам известно, основана на субъективных показателях. Наше исследование предназначено для разработки экономически эффективного способа точного измерения активности этих ключевых компонентов роста мышц».

«Наше тело содержит примерно четверть миллиона белков и каждый выполняет свою конкретную роль. Мы сосредоточили свое внимание на белке p70S6K1, который, применительно к мышцам, действует как мастер на строительной площадке, так что его можно рассматривать как ключевой компонент контролирования процесса наращивания мышечной массы»

В ходе исследования, шесть спортсменов, которые участвуют в командных видах спорта выполнили серии упражнений "жим ногами" и "разгибание ног" перед употреблением 20 граммов яичного белка - стандартного продукта для наращивания мышечной массы. Мышечные биопсии были взяты в три этапа, один до тренировки и два после употребления белка, чтобы обосновать измерение.

Д-р Гамильтон добавил: «Мы нашли комбинацию упражнений и употребления раствора протеина при которой производится двукратное увеличение активности белка, р-70S6K. Развитие конкретного представления о его ответе на питание и физические упражнения крайне важно, потому что в случае снижения активности этого белка мышцы не могут расти».

«Следующим этапом является концентрация внимания на полученном результате в свете таких факторов, как возраст, активность и различные болезни, так как это будет определять восприимчивость пациентов к лекарственной терапии против атрофии мышц».

Ученые из Стирлинга разработали этот стандартизированный показатель в сотрудничестве с коллегами из Университета Калифорнии; Парижского Университета Декарта; Ливерпульского университета Джона Мурса и Университета Бирмингема.

Профессор Кевин Типтон, который возглавляет группу исследователей здоровья и физических упражнений в спортивной школе Стирлинга, сказал: «Это исследование демонстрирует нашу способность выявлять самые современные молекулярные и метаболические методы изучения факторов, которые будут влиять на изменение мышечной массы и силы. Наша исследовательская группа в настоящее время готова продолжать эту захватывающую работу, которая будет обеспечивать нас важной информацией, помогающей спортсменам, а также другим людям, чувствительным к потере мышечной массы».

Источник

• McGlory C, White A, Treins C, Drust B, Close GL, Maclaren DP, Campbell IT, Philp A, Schenk S, Morton JP, Hamilton DL. Application of the [γ-32P] ATP kinase assay to study anabolic signaling in human skeletal muscle. J Appl Physiol (1985). 2014, vol.116, N.5, pp.504-513.

СКАЧКИ ТЕСТОСТЕРОНА У СПОРТСМЕНОВ СЛАБО СВЯЗАНЫ С ПОБЕДОЙ

  

Повышение уровня тестостерона во время соревнований, известное как "эффект победителя", на самом деле не связан с победой. Об этом сообщается в новом исследовании по легкоатлетам.

International Journal of Exercise Science опубликовал исследование, проведенное Дэвидом Эдвардсом, профессором психологии в Университете Эмори и его аспиранткой Кэтлин Касто.

«Многие люди в научной литературе и современной культуре связывают повышение тестостерона с успехом в соревновании», - говорит Касто. «В этом исследовании, однако, мы обнаружили, что уровень тестостерона увеличивается во время забега, независимо от результатов. Например, бегун с наибольшим скачком тестостерона может финишировать одним из последних».

Исследование, в котором были проанализированы образцы слюны участников, также показало, что уровень тестостерона начинается повышаться у спортсменов уже во время разминки. «Удивительно не только то, что соревнование, независимо от результата, существенно увеличивает уровень тестостерона, но и то, что тестостерон начинает расти еще до начала соревнования, задолго до определения статуса победителя или проигравшего», - говорит Касто.

Касто была бегуньей по пересеченной местности 1 дивизиона во время обучения в Университете Северной Каролины, Уилмингтон. Она специализировалась в области психологии и биохимии и интересовалась изучением гормональных коррелятов в соревнованиях среди женщин. Она поступала в аспирантуру по специальности психологии в лабораторию Эдвардса, когда узнала о его работе.

Эдвардс собирает данные с 1999 года по уровню гормонов в спортивных командах Эмори, которые согласились участвовать в его работе. Исследование в первую очередь нацелено на изучение спортсменок. Лаборатория Эдвардса также разработала опросник для оценки статуса спортсмена. Члены команды оценивают лидерские качества других участников команды, чтобы обеспечить объективный суммарный балл по каждому испытуемому.

Многие из предыдущих исследований лаборатории изучали такие виды спорта, как волейбол и футбол, характеризующиеся командной согласованностью, регулярными физическими нагрузками и общими командными результатами. Касто поставила своей целью исследовать то, как гормоны меняются в индивидуальных забегах.

Бег по пересеченной местности – как командный, так и индивидуальный вид спорта. Команды оценивают по балльной системе, но бегунов также судят относительно их личного времени, оценивая их успех в соревновании максимально объективно.

«Легкоатлетический кросс является уникальным видом спорта, связанный с высокой конкурентноспособностью и терпимостью к боли в течение относительно длительного периода времени», - говорит Касто. «Это высокоинтенсивный спорт».

Участниками исследования стали члены мужских и женских беговых команд университета Эмори 2010 и 2011. Каждый участник предоставил три образца слюны: один до разминки (в качестве исходной отметки), один после разминки, а третий сразу же после пересечения финишной линии.

Тестостерон начинал увеличиваться от исходной отметки у мужчин и женщин во время разминки, в то время как уровень кортизола - гормона, связанного со стрессом – не менялся.

В конце забега, как мужчины, так и женщины показали ожидаемое увеличение кортизола и скачок тестостерона. Ни один гормон, однако, не был связан с результатами финиширования.

Это исследование было проведено Эдвардсом и Касто сразу после исследования 2013 с участием спортсменок различных видов спорта и опубликовано в Hormones and Behavior (2013;64(1):153-160). Они обнаружили, что, при условии низкого уровня гормона стресса кортизола, чем выше тестостерон у женщины, тем выше ее статус с товарищами по команде. 

Организм использует кортизол для жизненно важных функций, таких как метаболизм глюкозы. «На короткий период, увеличение кортизола может иметь положительный эффект, но в течение длительных периодов регулярного напряжения, он недостаточно адаптируемый», - говорит Касто. «Среди групп спортсменок, достижение высокого статуса зависит от тонкого баланса между напряжением и действиями или поведением капитана команды».

Более высокие исходные уровни тестостерона обуславливают большую силу и мощность. «Хотя краткосрочные всплески тестостерона в соревнованиях действительно связаны с победой, их правильнее рассматривать как показатели психологической силы и стремления к победе», - говорит Касто.

Источник

• Casto KV, Elliott C, Edwards DA. Intercollegiate cross country competition: effects of warm-up and racing on salivary levels of cortisol and testosterone. Int J Exerc Sci.2014, vol.7, N. 4, pp.318-328. 

ВИТАМИН С МОЖЕТ ПОМОЧЬ ЛЮДЯМ, СТРАДАЮЩИМ ОБСТРУКЦИЕЙ ДЫХАТЕЛЬНЫХ ПУТЕЙ ИЛИ РЕСПИРАТОРНЫМИ СИМПТОМАМИ ПОСЛЕ ТРЕНИРОВКИ

 

Витамин С может снизить бронхоспазм и респираторные симптомы, вызванные физической нагрузкой. Об этом сообщается в исследовании, опубликованном в Allergy, Asthma & Clinical Immunology. 

Физическая активность вызывает окислительный стресс, и поэтому, будучи антиоксидантом, витамин C может помочь людям, выполняющим интенсивные упражнения. В нескольких исследованиях было доказано, что витамин C предотвращает возникновение окислительных маркеров напряжения, вызванных физической нагрузкой. Кроме того, витамин С участвует в метаболизме гистамина, простагландинов и цистеинил лейкотриенов, все из которых являются посредниками в патогенезебронхиальной астмы, вызванной физической нагрузкой.

Мета-анализ трех исследований показал, что витамин С вдвое снижает посттренировочные уровни ОФВ1 у участников, страдающих бронхиальной астмой, вызванной физической нагрузкой. В пяти других исследований были изучены люди, выполняющие короткие высокоинтенсивные тренировки, и мета-анализ показал, что витамин С вдвое сокращает риск респираторных симптомов. Другое исследование показало, что витамин C вдвое снижает продолжительность респираторных симптомов у профессиональных пловцов подросткового возраста.

ОФВ1 (объем форсированного выдоха за 1 сек) является стандартным показателем того, страдает ли человек бронхиальной астмой, вызывной физической нагрузкой. Тем не менее, вызванное физической нагрузкой снижение FEF25-75 (максимальный поток экспирации в 75 % оставшегося объёма) в два раза превышает снижение ОФВ1. ОФВ1 измеряет нарушение проходимости больших дыхательных путей, а FEF25-75 - малых дыхательных путей. Таким образом, FEF25-75 или тесно с ним связанный FEF50, может обеспечить соответствующую дополнительную информацию о возможной пользе витамина С.

Харри Хемила, доктор медицинских наук, доктор философии из Университета Хельсинки, Финляндия, провел повторный анализ результатов исследования с участием 12 испытуемых. Участники в среднем возрасте 26 лет страдали астмой и бронхоспазмом, вызванным физической нагрузкой. Во время исследования регистрировались уровни ОФВ1 и FEF60 до и после тренировки в дни приема витамина С и плацебо, но изначально данные не были тщательно проанализированы.

У пяти из 12 участников, физическая нагрузка вызвала снижение FEF60 на более 60% . Такое резкое снижение FEF60 означает, что абсолютный посттренировочный уровень FEF60 сам по себе является важным результатом , по мимо факта его изменения с уровня до тренировки . Употребление витамина C увеличивало посттренировочный уровень FEF60 у 5 этих участников на 50-150%. И напротив, разница между днями приема витамина С и плацебо не была обнаружена у других 7 участников. Способность витамина С увеличивать посттренировочный уровень FEF60 является потрясающим открытием, доказывающим, что витамин С может иметь существенное благотворное влияние на малые дыхательные пути.

Доктор Хемилла приходит к выводу, что «учитывая безопасность и низкую стоимость витамина С, а также систематичность положительных результатов в девяти рандомизированных исследованиях по эффективности витамина С в лечении бронхиальной астмы и респираторных симптомов, вызванных физической нагрузкой, было бы логичным для физически активных людей проверить личную пользу от приема витамина С, если они страдают бронхиальной астмой, вызванной физической нагрузкой или респираторными симптомами, такими как кашель или боль в горле после выполнения интенсивных упражнений».

Источник

• Hemilä H. The effect of vitamin C on bronchoconstriction and respiratory symptoms caused by exercise: a review and statistical analysis.Allergy Asthma Clin Immunol. 2014, vol.10, N.1, p.58.

ПЕРОРАЛЬНЫЕ КОНТРАЦЕПТИВНЫ ПРЕДОТВРАЩАЮТ ТРАВМЫ ПЕРЕДНЕЙ КРЕСТООБРАЗНОЙ СВЯЗКИ У ЖЕНЩИН

 

Женщины, принимающие пероральные контрацептивы менее подвержены травмам передней крестообразной связки (ПКС). К таким выводом пришли исследователи из Дании. Результаты работы опубликованы в The American Journal of Sports Medicine.

Женщины в 2 - 9 раз чаще получают травмы ПКС, чем мужчины, особенно при занятии спортом. Лучшее понимание факторов, подвергающих женщин более высокому риску травм ПКС, позволит врачам предпринимать более эффективные профилактические меры против травм ПКС. Предыдущие исследования показали, что синтез коллагена подавляется при повышении уровня эстрогена. В связи с этим, Рар-Вагнер и его коллеги провели исследование случай-контроль, чтобы оценить эффективность пероральных контрацептивов в снижении риска травм ПКС среди женщин. Авторы использовали Датский реестр реконструкции ПКС и Датский реестр назначений лекарственных средств, чтобы выявить 4497 женщин, прошедших операцию по реконструкции ПКС. Затем из Датской системы регистрации граждан были отобраны более 8800 представительниц контрольной группы, не имевших никакой истории травмы ПКС. Авторы использовали Датский реестр назначений лекарственных средств, чтобы определить, использовали ли участницы исследования пероральные контрацептивы. Группа испытуемых была разделена на тех, кто применял пероральные контрацептивы или тех, кто нет.Тех, кто когда-либо использовал пероральные контрацептивы, авторы разделили на новых пользователей, недавних пользователей (недавно прекративших прием пероральных контрацептивов), и долгосрочных пользователей. Приблизительно 45% процентов представителей группы с травмой ПКС использовали пероральные контрацептивы по сравнению с ~ 48% в контрольной группе. После проведения поправки на важные факторы (например, ожирение), авторы обнаружили, что люди, которые использовали пероральные контрацептивы имели на 11-20% меньше риска получить травму ПКС, чем те, кто не принимал данных препаратов. Эти данные схожи в группе недавних и долгосрочных пользователей. Количество новых пользователей было схожим с теми, кто не получал травм ПКС. Интересно, что с помощью применения пероральных контрацептивов от 1 до 4 лет можно предотвратить травму ПКС, но использование пероральных контрацептивов в течение более 4 лет не влияло на вероятность получения травмы ПКС.

В целом, авторы обнаружили, что использование пероральных контрацептивов помогает защитить от травм ПКС. Тем не менее, нужно быть осторожным в использовании пероральных контрацептивов для предотвращения травматизма ПКС среди женщин. Два основных вопроса, связанные с этими данными - недостаточная полнота информации и неспособность оценить уровень активности пациента. Одним из основных преимуществ данного исследования было использование различных датских реестров для обработки большого количества данных. Однако, пациенты, которые не прошли реконструкцию ПКС, не вошли в данное исследование. Кроме того, исследователи не смогли определить, кто из участниц был физически активен - не говоря уже о регулярном занятии спортом. В конечном счете, это исследование показывает, что следующим шагом, вероятно, будет проведение рандомизированного клинического испытания, чтобы проверить эффективность пероральных контрацептивов в уменьшении риска травм ПКС. В то же время, врачи могут пользоваться этими результатами главным образом с точки зрения диагностики, чем профилактики. Например, врачи могут спрашивать о применении пероральных контрацептивов у своих пациенток и использовать больше диагностических тестов ПКС при оценке травмы колена среди спортсменов, которые не используют пероральные контрацептивы, так как они находятся в группе повышенного риска. Кроме того, если пациент спрашивает о том, помогают ли пероральные контрацептивы в предотвращении травм ПКС, мы должны объяснить, что есть некоторые свидетельства в поддержку этой концепции, но неясно останется ли она правомерной в будущих исследованиях с участием спортсменок.

Источник

• Rahr-Wagner L, Thillemann TM, Mehnert F, Pedersen AB, Lind M. Is the use of oral contraceptives associated with operatively treated anterior cruciate ligament injury? A case-control study from the Danish Knee Ligament Reconstruction Registry. Am J Sports Med. 2014, vol.42, N.12, pp.2897-2905.

ИССЛЕДОВАТЕЛИ ОБНАРУЖИЛИ У СТЕРОИДОВ НОВЫЙ МЕХАНИЗМ ПОДАВЛЕНИЯ ВОСПАЛЕНИЯ

 

Новый механизм подавления воспалений у стероидов, который может быть использован в разработке новых противовоспалительных препаратов без вредных побочных эффектов стероидов, был обнаружен исследователями из Университета штата Джорджия.

Их результаты были опубликованы в журнале Nature Communications.

Глюкокортикоиды, класс стероидных гормонов, являются одними из наиболее широко используемых противовоспалительных агентов. Стероиды эффективны в подавлении воспаления, но при длительном лечении они могут вызывать серьезные побочные эффекты, такие как увеличение риска инфекций, повреждение печени, задержку жидкости, повышение артериального давления, увеличение веса, частое образование синяков и замедленное заживление ран.

Существует острая необходимость в разработке новых противовоспалительных методов борьбы с воспалением, которое является причиной многих заболеваний. Воспаление связано с раком, заболеванием легких, инфекционными и неврологическими заболеваниями, артритом , отитом (ушные инфекции) и ожирением. Оно является реакцией человеческого организма на вредные раздражители, такие как патогенные факторы или повреждение тканей, но гипер реакция, слишком большое воспаление, вредно и приводит к заболеваниям. Поэтому воспаления необходимо строго контролировать.

«Хронические воспалительные заболевания длятся месяцы и годы, необходимы лекарства для лечения длительных воспаления без побочных эффектов», - сказал д-р Цзянь-Донг Ли, автор исследования и директор Института медико-биологических наук штата Джорджия, а также выдающийся ученый научно-исследовательского центра Альянс Джорджия.

Он не полностью понял, как глюкокортикоиды контролируют гиперактивную воспалительную реакцию, но это исследование продемонстрировало ранее неизвестный, лежащий в основе этого процесса, механизм, который стероиды используют для подавления воспаления. Ученые уже знали, что стероиды подавляют воспаление, посредством целевого воздействия на ядерный фактор-kB (NF-kB), главный регулятор противовоспалительных медиаторов.

«Мы обнаружили, что стероиды подавляют воспаление, повышая регуляцию IRAK-M, ключевого негативного регулятора воспалительного процесса», - сказал Ли.

Исследователи обнаружили, что глюкокортикоиды строго контролируют вызванную бактериями врожденную иммунную и воспалительную реакцию путем повышения регуляции IRAK-M, одного из наиболее важных негативных регуляторов воспаления с обратной связью, которое ингибирует активацию белков MyD88 и IRAK1 / 4.

Они предлагают сделать IRAK-М новой мишенью в борьбе глюкокортикоидов с воспалением, вызванным бактериями. Исследование дает новые знания о ранее неизвестной роли глюкокортикоидов в подавлении воспаления путем воздействия на центральные белки MyD88 и IRAK1 / 4.

Это открытие поможет разработать новые терапевтические стратегии для контроля гипервоспалений, сказал Ли.

«Мы поздравляем д-ра Ли и его исследовательскую группу с открытием и публикацией их выводов в Nature Communications», - сказал С. Майкл Кэссиди, президент и главный исполнительный директор научно-исследовательского альянса Джорджии. «Научные прорывы исследовательских университетов Джорджии позволяют найти инновационные методы лечения».

В исследовательскую группу вошли д-р Масанори Мията и доктора Джи-Юн Ли из штата Джорджия; Д-р Ричард А.Флавеллl, заведующий кафедрой иммунобиологии, исследователь Медицинского института Говарда Хьюза, член Национальной академии наук Йельского университета; Доктор Коити Кобаяси, профессор кафедры микробного патогенеза и иммунологии в Научном центре здоровья Texas & M; и д-р Хирофуми Кай из Университета Кумамото в Японии.

Исследователи обнаружили на мышах с летальной гемофильной инфекцией, что глюкокортикоиды повышают экспрессию IRAK-М за счет активации белка NF-kB p65 и связывания рецептора глюкокортикоидов с IRAK-М промотором.

Источник

• Miyata M, Lee JY, Susuki-Miyata S, Wang WY, Xu H, Kai H, Kobayashi KS, Flavell RA, Li JD. Glucocorticoids suppress inflammation via the upregulation of negative regulator IRAK-M. Nat Commun. 2015, vol.6, p.6062. 

Влияет ли на кровоток и липолиз в подкожной жировой ткани сокращение в прилегающих мышцах в организме человека?

 

Сокращенный обзор на статью «Влияет ли на кровоток и липолиз в подкожной жировой ткани сокращение в прилегающих мышцах в организме человека? » Идея локального жиросжигания является той темой, которая фигурирует вокруг мира фитнеса и рекомпозиции тела на протяжении десятилетий. Мужчины хотят постоянно иметь шесть кубиков пресса, и их можно увидеть делающих упражнения на пресс до бесконечности, женщины хотят иметь стройные бедра и по этому делают упражнения с бесконечными повторениями на внутреннюю/внешнюю часть бедра. Часовые занятия «тренировка пресса» или классы «тренировок ягодиц/бёдер» , которые наполнены в течении часа движениями для данной области тела, их можно встретить в большинстве коммерческих тренажерных залах. Даже в мире бодибилдинга, где люди действительно должны иметь знания, некоторые до сих пор утверждают, что в месте сокращения данной группы мышц поможет уменьшить жир в этой конкретной области. По большей части, озвученная идея сокращения локального уменьшения жира отрицается людьми которые в теме (за исключением редких еретиков или книготорговцев предлагающих, что это возможно). Различные направления исследований цитируется, в том числе показывая отсутствие разницы в складках кожи на руках теннисистов (которые обычно используют одну руку больше, чем другую). Пример которым часто используется в этом вопросе, что «Если имеет место локального уменьшения жира от сокращений мышц, то люди, которые много едят, должны иметь тощие лица.» ИССЛЕДОВАНИЕ. Использование несколько различных методов (это я не собираюсь детализировать) для измерения фактического кровотока и липолиза, в исследовании субъекты выполняли упражнения на нижнюю часть тела (они назвали это разгибания одной ноги, но это, вероятно, означает одноногое педалирование) на различных интенсивностях во время отдыха работает другая нога. Таким образом, поток крови и липолиз может быть измерен в сравнении с нетренированной ногой. Это позволило им сравнить липолиз и кровоток в ответ на местное упражнение для не работающей в данный момент ноги, кровоток и липолиз сравнивали между работающей ноги и отдохнувшей ногой, чтобы увидеть разницу. РЕЗУЛЬТАТ. Как указано выше в аннотации, липолиз и кровоток были увеличены после того как нога работала в сравнении с не работающей ногой, хотя это произошло только в двух низко интенсивных упражнениях. На самой высокой интенсивности физической нагрузки, никаких изменений не было замечено. Перед тем, как копаться в конкретных цифрах, вопрос надо ставить, почему это произошло. Исследователи предложили два возможных варианта их наблюдения. Во-первых, локальные изменения гормонов (или синергии между изменениями в гормонов и кровотоке), скорее всего несёт ответственность, но есть более серьезный вопрос о том, почему это будет происходить, это исследователи должны узнать в первую очередь. Под почему я имею в виду то, почему система будет работать именно таким образом с точки зрения улучшения физиологического функционирования.

Причина задавать этот вопрос заключается в следующем: жир мобилизован из определенной области жировой ткани (из бедра) не может на самом деле быть использован в качестве топлива на мышце под ним (например в квадриципце). Кровоток скелетных мышц и жировых клеток являются самостоятельными и любой жир мобилизованный из соседней области войдет в местную циркуляцию и снова, она не может быть использована непосредственно на этой мышце. Так как нет действительно логичной физиологической причины, что работа данной мышцы вызовет мобилизацию жирных кислот, то мышцы не могут их использовать. Конечно, физиология не должна подчиняться определенной логике в своей работе и забота о том, почему такое наблюдается может заставить вас не увидеть основного. В связи с этим, исследователи отмечают, что нет никаких признаков того, что эти результаты на самом деле привести к снижению локально жировых запасов в контролируемом районе, запасы могут просто быть пополнены после тренировки. Они не измеряли накопление жира после тренировки, процесс который происходит довольно часто, это жирная кислота возвращается, в место мобилизации жира, которая не сгорела в других частях тела. В некоторых чрезвычайно редких случаях, жир мобилизованный в одной области тела может быть восстановлен в жировых клетках где-то в другом месте. ВЫВОДЫ: Насколько я могу судить, это должно быть похоронной музыкой для идеи локального сжигания жира. Да там кажется есть эффект, которой работает от мышечного воздействия, влияя на метаболизм местных жировых клеток, но эффект полностью и совершенно не имеет значения в количественном выражении. Количество жира мобилизованного в связи с увеличением гормонов или кровотока просто ничтожно и не имеет значения в реальном мире. Существует также тот факт, что по сравнению с чем-то вроде кардио тренинга, локальные упражнения сжигают небольшое количество калорий. Делая кардио в течение 30 минут при сжигании всего 5 ккал / минуту (очень легко) сжигается 150 калорий всего. Учитывая, что 90% жира составляет в потраченной энергии, то вы сожгли 15 граммов жира. Это в сравнении с 0,1 граммом жира, который можно мобилизовать делая скручивания или подъём ног. Кроме того, вся деятельность тела будет оказывать влияние на использование топлива и гормонов в гораздо более широком масштабе воздействия на липолиз и кровоток. Трата час на локализованное упражнение бледнеет по сравнению с жиросжигающим эффектом даже умеренного кардио. Тратить время на упражнения пресса или на занятия ягодиц/бёдер это просто потерянное время с точки зрения какой-либо локального сжигания жира. За перевод спасибо http://spinogrblzka.livejournal.com