четверг, 18 февраля 2016 г.

Шизоаффективный психоз

Шизоаффективный психоз, или, как он представлен в МКБ-10, шизоаффективное расстройство, ранее не было принято рассматривать как отдельную нозологическую единицу. Например, Г.В.Морозов в руководстве по психиатрии, 1988г., относит его к варианту приступов при приступообразно-прогредиентной шизофрении. Однако, особенности течения и прогноз позволяют трактовать его как отдельную нозологическую единицу. Опять же, создатели МКБ-10 отвели под него весь F 25. А коли шеф сказал, что бурундук птичка — ищи крылья.

Болезнь носит приступообразный характер. Во время приступа присутствуют две взаимосвязанные, как в корпускулярно-волновой теории, составляющих: аффективная (депрессивная либо маниакальная) и та, что обычно бывает при шизофрении — бредовая, галлюцинаторная либо с синдромом Кандинского-Клерамбо.
Для диагностики важен следующий момент: обе части симптомов при этой болезни возникают одновременно. Не мания, а вслед за ней идеи реформаторства и осознания собственного превосходства над варёными яйцами. Не депрессия, которая возникла по выходе из психоза, когда пациент осознал, что президент вовсе не он, а какое-то недоразумение и что спецслужбам условно дружественного государства его секреты покроя шапочки и гульфика из фольги, в-общем-то, строго параллельны. Всё только вместе.
По тому, какой аффект преобладает во время приступов, выделяют
  1. Маниакальный тип
  2. Депрессивный тип
  3. Смешанный тип (один приступ с маниакальным аффектом, другой с депрессивным или более сложное чередование)
Есть также варианты приступов, в зависимости от характера второй составляющей:
  1. Аффективно-бредовые приступы. При сочетании с депрессивным аффектом бред чаще представлен идеями осуждения (это всё мне неспроста, ох, грехи мои тяжкие, ох, шакал я, шакал...), преследования (вот, всё и так погано, так ещё и контрразведка подключилась, двое рядом в автобусе и ещё четверо на служебных «Окушках»), отношения (все на меня глядят как Ленин на буржуазию, скоро начнут апрельские тезисы выдвигать). Маниакальный аффект обычно сочетается с идеями другого рода: реформаторства (нужна очень тонкая грань с особенностями думского законотворчества), изобретательства (очередной римейк вечного двигателя, либо летающей тарелки на бозонной тяге), любовным бредом (узнайте же благую весть — я вас люблю и мы будем категорически счастливы, и пофигу, что у вас любящий муж и двое детей — вы ещё не познали взрыв сверхновой в моих чувствах!). На высоте приступа идеи редко, но могут носить совершенно фантастический характер с космическим масштабом, в этом случае можно говорить о парафренном синдроме.
  2. Аффективно-галлюцинаторные приступы. Это чаще всего сочетание депрессивного аффекта и слуховых галлюцинаций угрожающего характера, под стать настроению. Галлюцинации могут быть как комментирующими, так и императивными (то есть теми, которые приказывают, что уже совсем нехорошо и является абсолютным показанием к неотложной госпитализации). Плюс бред — здесь он, в отличие от такового при аффективно-бредовом приступе, вторичный, чувственный, навеянный депрессивным аффектом и галлюцинациями. Нередок вариант антагонистического бреда (наслушавшись голосов, пациент решает, что он находится в центре борьбы двух противоположных сил: добра и зла, эльфов и гоблинов, народа и правящей верхушки).
  3. Аффективные приступы с синдромом Кандинского-Клерамбо. Здесь с аффектом сочетается триада симптомов: псевдогаллюцинации (те, что звучат в голове), бред (преследования, воздействия) и явления психического автоматизма: идеаторного (когда управляют мыслями и эмоциями, вплоть до вкладывания нужных и отъятия неугодных), моторного (управляют движениями) и сенсорного (управляют органами чувств). Причём, если аффект маниакальный, то управляющие силы мнятся добрыми, божественными (ну, как вариант — добрые самаритяне-инопланетяне), а если депрессивный — то злыми и варьируют от демонов ада до соседей сверху, с особым прибором.

Очень нередко бывает, что перенесённый приступ является единственным в жизни. В случае, если приступы повторяются, порой отмечается их удлинение по времени (вообще длина приступа колеблется от нескольких недель до нескольких лет). В промежутках между приступами возможны незначительные колебания настроения, по типу циклотимических. Прогноз довольно благоприятный.

Пептидный комплекс



Представляем Вашему вниманию уникальную разработку российских учёных из закрытого НИИ. Данный пептидный комплекс разработан для саморегуляции организма. Особенно полезно спортсменам испытывающим запредельные нагрузки на организм. Этот фильм был снят в начале 00-х годов, в наше время смотрится довольно забавно))

Миф о недостаточности белка


 Александр Усанин.
«Вегетарианцам не грозит белковое голодание; трудно представить себе разнообразную вегетарианскую диету, которая не превышала бы человеческой потребности в белках».
                 Пааво Айрола, один из лучших диетологов XX в. 

«При совместном употреблении овощей, зерновых и молочных продуктов, большинство вегетарианцев в день получают двойную порцию протеина».
               Доктор Ф. Стейр, Гарвардский Университет

Наиболее распространенной «проблемой» людей, которые задумываются о переходе на вегетарианскую диету, является обеспечение организма белком. Многие думают, что, отказавшись от мясных блюд, они будут испытывать дефицит протеина. Чаще всего люди задают именно этот вопрос: «А где вегетарианцы берут белок? Ведь протеин и многие незаменимые аминокислоты находятся только в мясопродуктах!» Разумеется, это ошибочное утверждение и излишний вопрос. На него можно ответить просто: «Мы берем их оттуда же, откуда они попадают в мясо животных — из овощей и фруктов».
Белки представляют собой крупные молекулы, построенные из более мелких — аминокислот. Существуют 22 аминокислоты, при этом считается, что несколько из них (8 взрослых и 9 у детей) не могут быть синтезированы организмом и должны быть получены из пищи или поставлены микрофлорой кишечника, поэтому их называют «незаменимыми». «Полным» называется тот белок, который содержит все 22 необходимые аминокислоты. Следует особо подчеркнуть, что важно не то, сколько «полноценного белка» можно получить из одного отдельно взятого продукта, а общее количество потребляемых человеком аминокислот. Нашему организму нужны не сами белки, а именно аминокислоты, которые не бывают «растительными» или «животными». Поэтому утверждение о необходимости животного белка для человека не имеет под собой никаких оснований. Полноценные белки со всем набором аминокислот содержатся во всех содержащих хлорофилл листовых овощах, во всех видах орехов, в некоторых фруктах (груши, хурма, абрикосы), а так же в проросших зёрнах пшеницы и других злаков. Богатым источником растительного белка являются чечевица, фасоль и другие виды бобовых; соя и соевые продукты (в том числе такие, как тофу и окара), пищевые каштаны, масло амаранта. Животные белки в избытке содержатся во всех видах молочных продуктов: в твороге, молоке, ряженке, в сырах и т.д. В настоящее время в России появился новый продукт — вегетарианские колбасы, сосиски, сардельки на основе легкоусвояемого пшеничного белка. Все эти продукты являются даже более богатым источником полного протеина, чем рыба и мясо.
Позвольте еще раз напомнить и особо подчеркнуть, что аминокислоты называются «незаменимыми» не потому, что они есть только в мясе и поэтому мясо «незаменимо», а потому, что эти аминокислоты чаще всего не могут быть синтезированы самим организмом и должны быть получены извне, то есть с пищей.
Травоядные не питаются плотью, чтобы восполнить свой запас «незаменимых» аминокислот и белка. Из одного только сена коровы, козы, верблюды не только получают все необходимое для своего организма, но даже производят такой насыщенный белками и всеми питательными веществами продукт, как молоко! Если животные-вегетарианцы получают белки в избытке и еще делятся с нами, то почему это должно быть проблемой для нас, имеющих возможность питаться даже более разнообразно, чем многие наши меньшие братья? Мы ведь тоже созданы вегетарианцами и являемся «венцом эволюции» (а это звучит гордо!). Сравните сами диету коровы и диету человека: у нее — трава на завтрак, на обед и на ужин, у нас же — безграничный ассортимент блюд, которые можно приготовить из молока, злаков, овощей и фруктов. Нам ли жаловаться на недостаточность продуктов в питании? Даже обезьяны — «наши ближайшие родственники по Дарвину», и те едят только фрукты и не задаются вопросом: «Где же найти незаменимые аминокислоты?» Оказывается, все необходимые питательные вещества содержатся даже в самой простой пище!
Часто можно услышать следующее объяснение своему нежеланию отказаться от мяса: «Я занимаюсь тяжелым физическим трудом, и мясо нужно мне для силы». И хотя это утверждение кажется обоснованным, нет никаких оснований полагать, что вегетарианская диета, в особенности дополненная молочными продуктами, не сможет обеспечить человеку даже самую высокую потребность в белке и остальных необходимых питательных веществах. Употребление в пищу в достаточном количестве натуральных продуктов полностью исключает возможность недостатка белка в организме. Не следует забывать, что растительный мир, в конечном счете, является источником всех видов белка. Вегетарианцы получают белок непосредственно из этого источника, а не «через вторые руки», как те, кто питается мясом травоядных животных. Какое же количество белка нам в действительности необходимо?
Доктор Пааво Айрола, ведущий специалист в области диетологии и естественной биологии, утверждает: «Двадцать лет назад считалось, что ежедневная норма потребления белка составляет 150 г, а сегодня официально признанная норма снизилась до 45 г. Почему? Благодаря исследованиям, проведенным в ряде стран, теперь достоверно известно, что организм не нуждается в большом количестве белка и что ежедневная норма его составляет не более 30–45 г. Избыточное потребление белков не только бесполезно, но и приносит большой вред организму человека, более того, оно может стать причиной таких серьезных болезней, как рак и сердечно-сосудистые заболевания. Чтобы получить 45 г белка в день, совсем не обязательно есть мясо. Полноценная вегетарианская диета, состоящая из злаков, бобовых, орехов, овощей и фруктов, вполне обеспечивает человека необходимым количеством белка». Следует отметить, что современная наука не считает вопрос об обязательном потреблении такого количества белка окончательно решенным, поскольку во многих странах люди получают белок в значительно более меньших количествах. В своей книге «Буддизм и вегетарианство» Росси Филипп Капло также развеивает этот «протеиновый миф». В связи с исследованием проблемы низкого уровня употребления белка в странах третьего мира, было выяснено, что истинной причиной белкового голодания является обыкновенное недоедание. Если рацион питания в целом недостаточно калориен, то симптомы белковой недостаточности могут продолжать проявляться даже при условии, что организм начнет получать протеин в избыточном количестве. Виной тому — защитная реакция организма на недостаток калорий, в результате чего существенная часть белка «сжигается» в мышечных тканях для извлечения необходимой организму энергии.
Большинство ученых сходятся во мнении, что на практике очень трудно отыскать такую диету, которая содержала бы недостаточное количество белка, особенно принимая в расчет тот факт, что растительная пища, как правило, содержит даже большее его количество, чем продукты из мяса и рыбы. При употреблении различных продуктов, каждый из которых в отдельности не является «полным протеином», можно получить весь спектр необходимых аминокислот.
Например, аминокислоты, отсутствующие в рисе, в избытке содержатся в бобовых, что позволяет считать блюдо из риса в сочетании с бобовыми источником полного протеина. Такое сочетание продуктов на порядок превосходит мясо по количеству и ценности содержащегося в ней белка. Более того, одновременное употребление бобовых и зерновых продуктов повышает усвояемость белка организмом. Если из риса организм усваивает 60% белка, а из бобовых 65%, то при совместном их употреблении эта цифра составляет 85%.
Многие коренные народы Северной и Южной Америк веками безбедно существовали, имея в своем рационе простые блюда из кукурузы, бобовых и риса — любые их сочетания обеспечивают полный протеиновый профиль. Известно также, что испокон веков основным блюдом индийцев служит кичри — сочетание риса и дала (общее название ряда разнообразных бобовых, напоминающих чечевицу), также являющееся источником полного протеина. В Японии, которая до середины XIX в., по сути, была вегетарианской страной, традиционно основным блюдом являлся и является по сей день рис в сочетании с соевыми продуктами. Обследование группы японских буддийских монахов, чья строгая вегетарианская диета состояла в основном из риса и ячменя с добавлением сои, показало, что все они здоровы и находятся в отменной физической форме. Население Китая также в большинстве своем существовало на рационе из риса и бобов, а смесь проса, кукурузы и сои — основная пища крестьян Северного Китая — является еще одним примером полноценного источника протеина.
Основным блюдом кавказских народов до сих пор является лобио — фасолевый суп в сочетании с кукурузной кашей — мамалыгой. Подобно им, множество других традиционных народов веками безбедно существовали в условиях «естественного вегетарианства», не мучая себя вопросом о «потреблении достаточного количества белка». Когда 70-летнего Джорджа Бернарда Шоу однажды спросили, как он себя чувствует на вегетарианской диете, он ответил: «Замечательно! Только мне очень докучают врачи, которые все время говорят, что я умру без мяса!». Когда через 20 лет тот же самый человек спросил Шоу о его теперешнем самочувствии, тот воскликнул: «Превосходно! вы знаете, все те врачи, которые в один голос утверждали, что я умру, если не буду есть мяса, — сами давно уже умерли, так что меня теперь никто уже не беспокоит!»
Следует просто принять тот факт, что врачи-мясоеды всегда были и будут против вегетарианства именно в силу своей предвзятости, даже вопреки существованию объективных фактов, и причину этого хорошо объясняет доктор медицинских наук, лауреат Государственной премии профессор Иван Павлович Неумывакин, проработавший в системе медицинской помощи космонавтам более 30 лет: «Бойтесь попасть в руки врачей не потому, что они плохие, а потому, что они находятся в плену собственных заблуждений. Кому-то было выгодно создать такую систему, в которой чем меньше больных, тем меньше зарплата врачей и тем меньше их в штатном расписании. К сожалению, здоровый человек медицине не нужен; медицине нужно как можно больше больных. Больной – это обеспечение работой громадной индустрии здравоохранения, медицинской и фармацевтической промышленности, то есть рынка, который живёт за счёт больных». Академик РАЕН Александр Орехов продолжает: «…поэтому, как ни цинично это звучит, медицина и врачи заинтересованы в том, чтобы люди болели, иначе они останутся без работы. По идее, основным направлением здравоохранения должны быть профилактика болезней и снижение заболеваемости. В действительности же, вся наша медицинская система устроена по принципу «чем хуже для пациента, тем лучше для врача». Когда я хотел провести ряд профилактических мероприятий, то от одного чиновника услышал: «Ваши оздоровительные программы находятся в противоречии с интересами системы здравоохранения. Ведь, если снизятся показатели заболеваемости, у нас уменьшатся ставки и сократится финансирование». Следует признать, что наличие мясной, табачной и алкогольной промышленности позволяет государствам поддерживать приемлемый уровень заболеваемости и смертности в стране, так как в современной ситуации ни одно правительство мира не заинтересовано в том, чтобы пенсионеры доживали до 100 или 150 лет. В высокой продолжительности жизни заинтересована аграрная, но никак не индустриальная экономика. Всё это следует иметь в виду, чтобы понять, почему официальная медицина, даже вопреки объективным фактам, до сих пор настаивает на необходимости употребления в пищу мясных продуктов. Тем не менее, американские учёные Дэви Рюбен и доктор В.Виллетт так же, как и тысячи их коллег по всему миру, в один голос утверждают, что «оптимальное количество мяса, необходимое для человека, равно нулю!».
Не только взрослые, но и дети, а так же беременные женщины могут безо всякого ущерба для здоровья следовать вегетарианской диете. Результаты исследования, проведенного Мервином Хардингом и Фредериком Стэром из Гарвардского университета показали, что даже самая строгая вегетарианская диета способна обеспечить повышенные потребности детей и беременных женщин в белке и незаменимых аминокислотах. Врач Стэнли Дэвидсон в книге «Питание человека и диететика» пишет: «Доказано, что потребление в правильных пропорциях растительных белков может с успехом заменить животный белок в рационе ребенка».
Журнал «Ланцет» — наиболее авторитетное британское медицинское издание — опровергает бытовавшее ранее мнение о превосходстве животного белка над растительным: «Прежде белки растительного происхождения считались менее ценными, «второсортными» по отношению к белкам животным. На сегодняшний день такое деление в общем и целом показало себя несостоятельным. Многочисленные клинические исследования показали, что протеин, получаемый при правильном сочетании источников растительного белка, обеспечивает показатели роста и развития детского организма, ничуть не уступающие аналогичным показателям у детей, получающих животный белок с молоком и другими животными продуктами. Дети могут расти, развиваться и отличаться отменным здоровьем даже без употребления молока при условии, что в их рационе содержится оптимальное сочетание необходимых растительных белков».
«Журнал Американской диетической ассоциации» сообщает, что коэффициент умственного развития юных вегетарианцев на 17 пунктов выше среднего, и рост их выше. Если ребенок с детства питается вегетарианской пищей, то половое созревание у него наступает немного позже среднего (с учетом акселерации), но это к лучшему. Дело в том, что, когда половое созревание наступает слишком рано, это часто приводит к онкологическим заболеваниям. В частности, у девочек, которые не едят мяса, в 4 раза снижается риск рака груди. Врачи часто вынуждены констатировать печальный факт: уже в дошкольном возрасте у ребенка на артериях появляются атеросклеротические отложения. Но не у детей-вегетарианцев. У людей, с рождения питающихся вегетарианской пищей, вероятность сердечно-сосудистых заболеваний снижается в 10 раз!
Трудно найти ребенка, который бы не страдал простудными заболеваниями, ушными инфекциями, у которого не болел бы живот. Стоит только малышу пойти в ясли или детский сад — и начинается… А ведь этих неприятностей может быть гораздо меньше. Для этого надо всего лишь перестать давать ребенку мясо, отравляющее своими токсинами нежный организм! Знаменитый американский врач-натуропат Герберт Шелтон говорит на этот счет следующее: «Естественно, ни мясо, ни мясной бульон, ни яйца никогда нельзя давать ребенку до 7–8 лет. В этом возрасте у него еще нет сил для нейтрализации токсинов».
Если кто-нибудь всё же Вам скажет о том, что мясо необходимо для детей и беременных женщин, просто порекомендуйте этому человеку прочитать ставшее международным бестселлером пособие для молодых родителей «Ребёнок и уход за ним». В этой книге доктор Бенджамин Спок, признанный лучшим в мире специалистом по здоровью детей, обращается ко всем родителям с просьбой, даже если они – не вегетарианцы, не давать мяса своим детям, по крайней мере, хотя бы до 5-7 лет.
Дети-вегетарианцы не только лучше развиваются в интеллектуальном и физическом плане, они так же гораздо меньше подвержены стрессам.
Многие мои знакомые — вегетарианцы с рождения, и ни у них самих, ни у их детей никогда не было проблем с гемоглобином, потому что они регулярно дают своим детям гречку и чечевицу, в которых легкоусвояемого железа в разы больше, чем в мясе. В конце концов, целый индийский субконтинент на протяжении многих тысячелетий взращивал отличных детей на одной только молочно-растительной диете, отличавшихся отменным здоровьем и изяществом. Вегетарианцы всегда рожают очень здоровых и крепких детей. Медики постоянно отмечают их хорошее и быстрое развитие. Мясо никогда не было необходимо ни детям, ни взрослым, в отличие от коровьего молока.
Переход к здоровому вегетарианскому питанию устраняет склонность к употреблению спиртного. Ещё Преподобный Серафим Саровский утверждал, что мясо является началом греховной цепочки: мясо-спиртное-блуд. Вы никогда не найдёте пьяницу – вегетарианца, потому что в природе их просто не существует. Спиртное люди заказывают в ресторанах лишь к мясу, никому никогда в голову не придёт запивать вином манную кашу, бутерброд с сыром или фруктовый салат.
Как говорится, пейте, дети, молоко — будете здоровы!
Всего вам самого, самого доброго!
С уважением, Александр Усанин.
Фрагмент из книги «Пропуск в третье тысячелетие»

Хлеб психиатрии. Аминазин.

 
аминазин.jpeg

История научных открытий богата на случайные находки. Одни только поиски философского камня сколько всего дали. Да и флогистон тоже не подкачал. Будут искать какой-нибудь хрендостаниум (с) — опять что-нибудь найдут. Примерно так же было и с аминазином.


Никто не планировал открывать первый в мире нейролептик. Не то чтобы лень было — просто не знали, в какую сторону искать. Чем лечили до аминазина, я писал. А в 1950, пытаясь синтезировать новый мощный антигистаминный препарат, получили белый кристаллический порошок, который темнел, полежав некоторое время на свету. Первым его опробовали анестезиологи. Нет, никто этот порошок через соломинку носом не вдыхал — просто попробовали давать во время наркоза вместе с основным препаратом, доля потенцирования эффекта. Вполне, к слову, удачно.


А в 1952 году американский психиатр Фрэнк Айд решил попробовать хлорпромазин (это его международное непатентованное название) как успокоительное для постояльцев психиатрической больницы. А то всё бром, литий да барбитурваты... И так удивился хорошему эффекту, что стал активно рекомендовать коллегам: мол, вы попробуйте! Не сами, не сами... И с 1953 года в психиатрии началась новая эра. Эра нейролептиков.


Именно с этого момента, как любят выражаться старые профессора, из больниц постепенно пропали настоящие психически больные люди. Почему? Да потому что до появления аминазина многие из пациентов жили там годами, до самой смерти. Особенно те, у кого, скажем, та же шизофрения текла непрерывно. Кто будет держать такого человека дома? Очень немногие из родственников. А тут — лекарство с мощным успокаивающим эффектом. И некоторым (не особо сильным и не особо специфическим, но у других лекарств и того-то не было!) действием на бред и галлюцинации. То есть, появилась возможность часть времени лечить пациента амбулаторно, вне больницы. И это был прорыв.


Конечно, препарат не идеальный, каковым его считали поначалу. Да, у него немало побочных эффектов, начиная от нейролептического синдрома (о нём я писал тут: http://dpmmax.livejournal.com/112709.html) и заканчивая фотосенсибилизацией кожи (весь список не буду оглашать, проще поглядеть в справочнике). Да, места уколов аминазина очень болят и порою воспаляются. Да, он летучий, что даёт и ингаляционную дозу, полученную персоналом на дежурстве, а процедурными сёстрами - в процедурном кабинете (http://dpmmax.livejournal.com/420235.html). Но долгое время аминазин был, что называется, хлебом психиатрии. Да и сейчас тоже применяется довольно широко. Правда, уже на вспомогательных ролях. Когда именно?


Во-первых, когда пациента в психозе надо успокоить, приглушить яркость симптомов. Успокоить — в данном случае не означает успокоить тревожного невротика. Невротика аминазин просто срубит. Нет, речь идёт о совсем ином уровне психомоторного возбуждения. О таком, например, когда психоз в разгаре, пациент буен, мечется, беснуется и может либо кого зашибить, либо сам расшибиться.


Во-вторых, он неплох в небольших дозах, когда надо успокоить не в меру шебутного пожилого человека с деменцией: я уже писал, что транквилизаторы в таком случае часто дают парадоксальный эффект, вплоть до делирия.


В-третьих, аминазин применяют в литических смесях. То есть таких, которыми можно быстро сбить высоченную температуру, за 40. Обычная «тройчатка» - аминазин-анальгин-димедрол. Или вариации второго и третьего лекарств. Дёшево и сердито. Список случаев далеко не полный, но основное я изложил.


Чуть позже, через несколько лет после открытия, аминазин послужил базой для создания новых нейролептиков, более прицельно действующих на отдельные группы симптомов. Но о них речь в следующем посте на эту тему.

Сыворотка правды

Традиційна медицина

Расскажу о методе, который применялся ещё в советской психиатрии. Его я не застал, поэтому приходится пользоваться лекциями, которые нам читались на курсах повышения квалификации по психофармакологии. Речь пойдёт об амитал-кофеиновом растормаживании. Или о сыворотке правды, как это снадобье окрестили.


Вначале пара слов о том, зачем вообще такой метод психиатрам понадобился. Есть ситуации, в которых действительно очень важно узнать, что на самом деле думает и о чём умалчивает пациент. Особенно пациент с бредом, который он тщательно скрывает — мол, вам только расскажи, вы как обрадуетесь, как наброситесь! Или подэкспертный на стационарной судебно-психиатрической экспертизе, который совершил тяжкое преступление, и надо разобраться в его мотивах, а человек молчит, как партизан, или врёт, как этот... который сивый. Или в случаях, когда тому же человеку, совершившему тяжкое преступление в силу болезни (по бредовым причинам, либо под действием императивных галлюцинаций) уже назначено принудительное лечение, и через некоторое время нужно узнать, действительно ли удалось достигнуть стойкой ремиссии и можно лечение поменять на амбулаторное, или же товарищ просто умело скрывает симптомы.


Я не буду давать оценку этической стороне этой процедуры: здесь при желании всегда можно найти массу аргументов «за» и «против». Просто этот метод существовал, им пользовались, он давал свои результаты, и упомянуть о нём следует, если уж рассматривать историю психиатрии и психофармакологии: из песни слова не выкинешь.


Теперь о самой методике. Использовался для её проведения амитал натрия в сочетании с кофеином. Амитал натрия — это барбитурат, производное барбитуровой кислоты, из серии средств, которые использовались когда-то в качестве успокоительных и снотворных, но в силу ряда причин, в том числе и эффекта привыкания, были заменены на более безопасные средства. Правда, до сих пор используются его близкие родственники — бензонал, фенобарбитал и тиопентал натрия, но цели их применения уже совсем иные. С кофеином все хорошо знакомы, его представлять не надо.


Дозировок и технологии применения не даю — во избежание. Во всяком случае, если кто и узнает — то не от меня.


Эффект внешне похож на опьянение: через несколько минут развивается эйфория, и пациент охотно беседует, отвечая на вопросы. В том числе и те, на которые до того отвечать и не собирался. Окружающих он уже не воспринимает враждебно, и поэтому многие факты и мысли, а также планы и намерения, которые он ранее скрывал, теперь излагаются свободно. В конце процедуры, как правило, наступает сон.


Есть данные, что амитал-кофеиновое растормаживание также применялось для работы с тяжёлыми и затяжными формами невроза — для того, чтобы заставить пациента раскрыться, и в этом состоянии провести психотерапию. Повторюсь, что я не застал применение этой методики, поэтому мне сложно судить о том, насколько была эффективна подобная психотерапия.

Нейролептики, часть первая

L1210025.JPG

Про историю открытия лекарства, которое можно считать хлебом психиатрии, я уже рассказывал (http://dpmmax.livejournal.com/420393.html). Настало время продолжить рассказ о других нейролептиках. Если отбросить романтику и громкие слова, то психиатра можно сравнить (отдалённо, конечно, коллеги, не надо швырять в меня томиками Снежневского, Карвасарского и Машковского) с сантехником. Да-да, тем самым сантехником, который пришёл со своим волшебным чемоданчиком поколдовать над расширительным баком у вас на чердаке, чтобы из-под крыши не капало.


Вот и у нас тоже есть свой волшебный чемоданчик. Правда, на снадобьях, что в нём лежат, не написано «от дури», «от склероза», «от стервоза» и «от инволюционного психоза», но в целом что-то схожее предполагается. К сожалению, не достигли мы ещё таких высот и дзена, чтобы действовать непосредственно на причину большинства психических заболеваний. Да и мало кто в других отраслях достиг. Это инфекционистам хорошо, у них навык микрокиллеров более-менее отточен. А нам приходится бить в основном по хвостам. Точнее, по симптомам. Но и то хлеб — кто в курсе истории развития психиатрии (я рассказывал тут: http://dpmmax.livejournal.com/328400.html), со мною согласится.


Поэтому я попытаюсь дать самое общее представление о том, какой нейролептик зачем используется и назначается. Специально подчеркну, что этот опус ни в коем случае не претендует ни на глубину, ни на научность. Хотя интерну или начинающему психиатру вполне может пригодиться. Да и просто для повышения общеобразовательного уровня пойдёт. Традиционно напоминаю: не пытайтесь использовать полученный груз знаний на практике, если вы не психиатр. То, что будет озвучено — лишь верхушка айсберга, его подводной части хватит на целый караван «Титаников»! Итак, начнём.


Галоперидол. В ходу с 1957 года. Широко применяется до сих пор. Наиболее избирательно действует на галлюцинации — что на зрительные, что на слуховые, да и на другие их виды тоже. Причём вне зависимости от того, чем эти галлюцинации вызваны — алкогольным делирием, очередным (или первым) обострением шизофрении, галлюцинозом при органическом поражении головного мозга, при деменции ли — неважно. Надо позакрывать окна и позатыкать розетки в потустороннее — галоперидол закроет. Поэтому его можно принять за некий стандарт, эталон в том, что касается действия на галлюцинации.


Кроме того, галоперидолом пользуются, если надо урезонить пациента в маниакальном состоянии. Дзен обретается жёсткий, но вполне конкретный. Если под рукою больше ничего нет, галоперидолом в больших дозах можно перебивать психомоторное возбуждение. Здесь интересная закономерность: в большой дозе он пришибает, в малой — наоборот, активирует (иногда даже растормаживает, что надо учитывать, подбирая лечение). Галоперидол в микродозах порою применяют для лечения нервных тиков, хореи, синдрома Жиля де ла Туретта, истерических и ипохондрических неврозов.


Стоит, однако, помнить, что препарат довольно жёсткий, и из всех других лекарств этого ряда он чаще и сильнее (за исключением трёх-четырёх представителей) даёт нейролептический синдром (о нём - тут: http://dpmmax.livejournal.com/112709.html).


Трифтазин. Он же стелазин. Или трифлуоперазин, если пользоваться международным непатентованным названием. Если галоперидол можно назвать стандартом в борьбе с галлюцинациями, то трифтазин — такой же стандарт в крушении бредовых систем. Да, есть у него и противогаллюцинаторный эффект — но далеко не столь внушительный, как в отношении бреда. Мировая закулиса, гадские соседи, ятские родственники, гомицидно ориентированное правительство и даже ZOG — все сразу становятся белыми и пушистыми. Не путать с незаметным подкрадуном.


На самом деле, конечно же, бред далеко не всегда вот так вот легко уступает свои мировоззренческие позиции, но тем не менее. Более избирательное в этом отношении лекарство в прошлом веке (как звучит, а!) надо было ещё поискать.


В малых дозах трифтазин неплохо действует на навязчивые мысли и действия, поэтому его нередко применяют при лечении обсессивно-компульсивного расстройства — но, повторюсь, в небольших дозах. Помните, что капля никотина делает с лошадью? Так вот хомячка она вообще рвёт на части! Поскольку нейролептический синдром он тоже может вызывать — пусть несколько реже и слабее, нежели галоперидол, но тоже мало приятного.


Есть у трифтазина и противорвотный эффект. И даже в 20 раз сильнее, чем у аминазина. Но я что-то не видел ни разу, чтобы его давали тем, кого укачивает в самолёте или автомобиле. Даже по четвертинке таблетки.


Тизерцин. Или, как его называют в непатентованном международье — левомепромазин. Как и аминазин, не обладает особо выдающимся действием ни на бред, ни на галлюцинации. Зато хорошо тормозит. Прямо как стоп-кран для бронепоезда. А заодно и успокаивает. Правда, этот узбагоин не стоит принимать тому, кто просто слегка переволновался, глядючи новости по телевизору. Ибо срубит так, что потом ещё несколько дней раскачиваться придётся. Нет, эта штука для тех, кто ажитирован не по-детски. Или тревожен, но настолько, что ни один транквилизатор толком не берёт. Нет, для панических атак он тоже слишком крупнокалиберный.


Поэтому применяется тизерцин именно при тех психозах, которые здесь и сейчас протекают с хорошим таким психомоторным возбуждением, мощной тревогой и сильным страхом. Кроме того, его можно применять, когда тревога и переживания мешают такому пациенту уснуть. То есть, собственно снотворного эффекта (между прочим, как и у феназепама) у этого лекарства нет, но онздорово облегчит засыпание такому пациенту, снизив тревогу, успокоив и вызвав торможение.


Нейролептический синдром это лекарство даёт реже и послабее, чем, скажем галоперидол или аминазин, но при этом сильнее снижает артериальное давление, что тоже следует учитывать.


Вскоре я продолжу знакомить вас с другими нейролептиками и рассказывать о том, зачем они нужны.

Нейролептики, часть вторая

L1210025.JPG

Пора продолжить знакомить вас с содержимым волшебного чемоданчика психиатров. В прошлый раз я рассказал о галоперидоле, трифтазине и тизерцине. Сейчас — очередь за теми нейролептиками, которыми мы довольно широко пользовались много лет, но которые, кажется, уже канули в историю: во всяком случае, у нас в России они не прошли перерегистрацию и в последние лет десять-пятнадцать исчезли из арсенала. Но тем не менее, о них стоит вспомнить.


Мажептил. Он же тиопроперазин. Очень мощный нейролептик. Правда, действие его довольно избирательно. Поэтому в первую очередь мажептил в психиатрии использовали, чтобы лечить пациентов с кататонической формой шизофрении (вне зависимости от того, что на текущий момент преобладает — кататонический ступор или же кататоническое возбуждение), а также пациентов с гебефренной шизофренией. В ряде случаев — доводя дозировку до лошадиной, то есть делая так называемые мажептиловую шоковую терапию. Довольно суровая мера, но достаточно увидеть пациента в кататоническом возбуждении — и вы поймёте, что вполне оправданная. И прежде всего по своему эффекту. Нейролептический синдром мажептил вызывает чаще и сильнее, чем галоперидол.


Триседил. Международное непатентованное название — трифлуперидол. И по химической формуле, и по действию близок к галоперидолу. Но сильнее. Причём ощутимо. Использовался в тех случаях, когда галоперидол пасовал перед «голосами» или «видениями». Почему не заменил его полностью? Из-за мощного нейролептического синдрома, который триседил вызывает охотнее и сильнее, чем галоперидол. Кроме галлюцинаций (и, в меньшей степени, бреда) триседил использовался для лечения той же кататонической шизофрении, а также для того, чтобы быстро оборвать маниакальное состояние при МДП либо при шизоаффективном расстройстве.


ИМАП. Он же флушпирилен. Чуть сильнее действует на галлюцинации, чуть слабее на бред, но самое главное — он не тормозит, а, наоборот, активирует. И действует не только на продуктивную (те же галлюцинации и бред), но и, что важно — на негативную симптоматику. Уменьшая глубину эмоционально-волевого снижения, борясь с апатией (но именно с апатией в рамках дефекта личности, не путать с обычной в нашем понимании апатией!) И этим свойством флюшпирилена пользовались, чтобы пациента после стационара, что называется, вернуть к жизни. К прежней активной жизни, с восстановлением утраченных социальных навыков и связей. Что удобно — он относится к препаратам пролонгированного (то есть, продлённого) срока действия, и его обычно делали раз в неделю (он выпускался в виде инъекций). Нейролептический синдром вызывает примерно с той же частотой и силой, что и галоперидол, поэтому обычно назначался вместе с корректорами (циклодолом).


ОРАП. Он же пимозид. Довольно неплохо действует на параноидный синдром, поэтому часто и успешно применялся для его лечения, когда пациент уже выписан из стационара, но либо симптомы, пусть и ослабленные, ещё сохраняются (а паранойя — вещь упорная), либо есть (а она чаще всего имеется) вероятность, что эти симптомы вскоре вернутся. Чем он был удобен — так это тем, что давать таблетку ОРАПа можно было раз в день. Действовал он долго. С утра принял — весь день свободен. Нейролептический синдром вызывает примерно так же часто и несколько сильнее, нежели галоперидол.


Френолон. Международное непатентованное название — метофеназат. Нейролептик, который практически не применялся для лечения собственно психозов, поскольку его действие на бред, галлюцинации, мощное психомоторное возбуждение или маниакальное состояние было довольно слабым. Зато он неплохо работал, если надо было справиться с заторможенностью и апатией у того же шизофреника вне острого психоза. Либо справиться с тревогой и страхом у пациента с застарелым неврозом, когда длительный приём транквилизаторов гарантированно вызовет привыкание к ним. Нейролептический синдром вызывает редко и гораздо слабее, чем галоперидол.


Исторический экскурс закончен, в следующий раз снова вернёмся к нейролептикам, которые до сих пор в строю.


P.S. В первой половине дня выпаду в оффлайн по делам. Не теряйте))